Так или иначе, но танк напрочь отрезал мне короткую дорогу. При приближении датчик показывал такой уровень химического загрязнения, что Ева тут же засыпала весь интерфейс предупреждениями о возможности получить смертельную дозу. И это через спецодежду. Эх, а ведь рядом наверняка могло быть стрелковое оружие и боеприпасы. Едва ли такая махина находилась здесь без пехотного прикрытия. Видимо взрыв повредил движок, а у такой техники они особо мощные, а значит и столь же токсичные при критическом повреждении.
Пройдя дальше всего два дома, я повстречал первых измененных. Их было трое, а может и больше — существ частично скрывала каменная насыпь. Двоих ближайших ко мне система определила, как второй уровень. Это, кстати, было одним из новшеств, полученным от Оазиса при последнем Импульсе. Теперь рядом с каждой тварью светился ее уровень, давая понятие о степени угрозы.
Чудища все еще сохранили человеческие черты, хотя уже успели лишиться большей части одежды. Дальний, по уровню — тройка, так вообще в своих метаморфозах остался с половиной головы. И ничего, бегает, как ни в чем не бывало. Измененные крутились возле свалки из нескольких покореженных машин. Возможно, увидели какого–то зверька и теперь пытались его поймать. Или просто почуяли, что там есть что–то живое и решили изловить.
Стоп, почуяли? Почему я об этом не подумал раньше? Ведь многие из виденных мною измененных чем дальше, тем больше смахивали на животных. А значит некоторые из них могли обзавестись нюхом, не хуже собачьего, и способны учуять меня с большого расстояния, или пройтись по свежему следу…
Черт! Надо делать ноги, покуда не заметили. Хотя это тоже риск. От меня до следующего укрытия пролегала середина улицы. Не менее двадцати шагов пустого пространства, где меня при малейшем невезении, легко заметят. Но возвращаться назад — тоже не вариант, а лезть на насыпь — вообще равносильно самоубийству.
Я понял, что надо действовать, пока страх не успел поглотить всю мою решимость. Максимально прижавшись к земле, на четвереньках переполз открытый участок, не сводя взгляда с беснующихся уродцев. Но им было не до меня, чему я несказанно порадовался, оказавшись за поваленным на бок фургоном. Не давая себе перевести дух и успокоить колотящееся сердце, двинулся дальше. Надо было максимально увеличить расстояние между собой и потенциальной угрозой. Хотя, кого я обманываю, сейчас, кажется, весь город для меня одна сплошная угроза. Шаг влево, шаг вправо, и всё. Хрум–хрум. Оставалось полагаться только на осторожность и целый вагон удачи. А лучше два.
До своего дома добрался, когда уже начало смеркаться. И это не радовало вдвойне. Во–первых, ночь — излюбленная пора для самых опасных хищников. А значит самое время начинать искать укрытие. Во–вторых, моего дома нихрена не было. Ну как, он был, только теперь походил скорее на египетскую пирамиду, от верхушки до основания превратившись в битый камень и осыпавшись аккуратной горкой.
Глава 11. Чужие дороги
От вида родного дома в груди болезненно кольнуло. Когда со зданием такое случилось: до того, как Люда его покинула, или после? При других обстоятельствах, я бы поплакался о куче всего важного, нужного и полезного, похороненного теперь под камнем. Но черт с ними, со шмотками. Что с женой? Говорят, что близкие люди чувствуют, когда с другим что–то случается. Ничего подобного я не ощущал. Значит ли это, что Люда жива? Или же я просто никудышний муж?
Время поджимало, поэтому пришлось двинутся дальше по улице, на которой я прожил последние несколько лет. Теперь она была совершенно неузнаваема. К примеру, если бы не знал наверняка, то ни за что бы не поверил, что прохожу мимо популярного торгово–развлекательного центра. Некогда грандиозное и переливающееся мириадами огней строение, теперь походило на каменный пень, в котором понаделали крупных сквозных дырок. Не знаю, на чем держались уцелевшие верхние этажи уполовиненного здания, но лезь туда я бы не рискнул. Казалось, что конструкция вот–вот рухнет при малейшем движении ветра.