— Ой, прости, я все расспрашиваю тебя, да расспрашиваю, а про нашего брата толком ничего и не сказал. Какое упущение с моей стороны, — насмешливая улыбка все никак не сходила с лица главаря. — У нас тут небольшая община, которая, можно сказать, выжила благодаря всего одному человеку. Мы зовем его Пастырем. Он сумел объединить людей в критический момент перед лицом того ужаса, который на нас обрушился. Теперь мы служим под его началом, выживаем в кромешном писце, присевшем на этот мир. И, как видишь, пока вполне неплохо справляемся.
Послышались одобрительные возгласы, но Бурый продолжил говорить, и голоса тут же стихли:
— А конкретно мы — скажем так, отряд добытчиков. Шуршим по округе, ищем что полезное. Как я уже говорил — ресурсов у нас не много.
Я окинул взглядом окружавших меня людей. Конечно, ребята с виду немного пугающие и странноватые, но вроде бы пока все выглядит цивилизовано. Правда колокольчик все еще продолжал настырно звонить. Что с ними не так? У меня не получалось понять. Тогда я обратился к своей напарнице:
— Ева, ты знаешь, что меня сейчас беспокоит. Оцени, что с этими ребятами неправильного, и выведи мне отчет.
— Выполняю. Анализ займет несколько минут.
Тем временем местный начальник тыкнул в мою сторону пальцем:
— Ну а ты? Что можешь рассказать о себе?
— А что именно вас интересует?
— Ишь! — хмыкнул он. — Начни с того, на что горазд.
— Чего? — изогнул я бровь.
— Что умеешь?
— А. Программист я, скажем так, широкого профиля.
— Технарь значит, — немного огорченно покачал головой Бурый. — Технари нам не так чтоб очень нужны. Научник бы больше подошел.
Следом посыпались вопросы:
— Воевать–то умеешь? Служил? Боевые навыки есть?
— Не служил, — теперь головой качал уже я. — В свое время дали белый билет по состоянию здоровья.
— Хреново…
— А вот с боевыми навыками не все так однозначно, — дополнил я, понимая, что чем–то заинтересовать этих людей надо. Уж точно лучше быть им интересным не только в качестве поводыря, от которого можно избавиться в конце пути.
— Это как?
— Я в свое время серьезно занимался вирт–играми, даже попадал в топ‑10 на некоторых чемпионатах по шутерам и в поединках на мечах. Так что навыки есть, только практики в боевых условиях почти отсутствует. Фехтованием, правда, я занимался когда–то и в реале, но толку с него в наши дни…
Бугай, который мне помогал, согласно захохотал, но Бурый прервал его смех, подняв руку. На лице главаря не было и следа улыбки:
— Зря ты так думаешь. Видал я подобных тебе, и с уверенностью могу сказать, что в наше время любому умению найдется достойное применение. Сейчас вот и проверим. Дзыга, — обернулся он к худощавому парню, — тащи из кучи что–нибудь тонкое и достаточно длинное. Хм, и себе возьми что–то такое же. Ты у нас тоже самый зеленый, так что хорошо подойдешь для сравнения.
— Вы это сейчас на полном серьезе? — удивился я, глядя как худощавый парень роется в груде сваленных в кучу трубок, дубин и арматур.
— Чо, сдрейфил? — гоготнул бугай.
— Не переживай, парень, — отмахнулся Бурый. — Просто хочу поглядеть на что ты способен.
— Выглядит, как самое нелепое собеседование, — кисло выдал я, принимая из рук Дзыги железяку.
На этот раз расхохотался сам главарь:
— Что–то вроде того, ага. Воспринимай это именно так.
В качестве меча мне всунули в руку трубку в три локтя длинной. Прочную, полую внутри, и не особо тяжелую. Я взвесил ее в руке, сделал пару взмахов. Такое себе оружие. К тому же фехтованием я занимался много лет назад — кисть уже отвыкла, да и на мышечную память полагаться тоже уже не стоило. Зато мой собеседник воспринимал всё происходящее на полном серьезе. Схватил свою железку двумя руками, держа перед собой. Чувствовал он себя как–то неуверенно, и все время поглядывал на старшего. Это мне показалось довольно странным моментом, потому как, по моему мнению, нервничать здесь должен был только я.
— Да положь ты свое барахлишко, — Бурый не двузначно указал на рюкзак. И, видя, что я не тороплюсь исполнять, добавил: — Не дрейфь. Без тебя твои вещички никуда не денутся.
Нехотя, я снял с себя драгоценную для выживания ношу и положил на каменную крошку. Возразить мне было нечем. Меня окружало пятеро крепких мужиков, один из которых, при желании, наверняка мог бы сложить меня в гармошку голыми руками. Пистолет, предположительно, сломан, до второго быстро не добраться. Да даже если доберусь, толку–то? Успею сделать один выстрел в лучшем случае. Парализатор туда же. Возможно, помогла бы светошумовая граната, но я и сам окажусь в зоне поражения. И еще не известно, кто из нас первым придет в себя после такого. А «Чистый разум» я пока не тестировал, и предугадать результат не мог.