К концу подходил октябрь, в лесу уже во всю царила поздняя дождливая осень. Мы с тетушкой все чаще проводили время дома, заготавливая настои и порошки от всяких хворей. На этот раз пожадничали и взяли заказ на перепродажу сверх того, что могли изготовить. Именно поэтому в этот промозглый серый день я была отправлена в лес, чтобы собрать недостающие ингредиенты. Благо, они все еще не замерзли в земле. В руки мне дали маленькую лопату и отправили на добычу ведьмовского золота: кошачьего корня, или попросту валерианы, папоротника, а также вишенки на торте – шишки ольхи.
Думаю, не стоит говорить, с какими эпитетами я откапывала злополучные коренья. Итог был таков: одна, грязная с ног до головы, Вика, а также две корзины всего, что удалось найти под землей.
И вот иду я вся такая красивая и нарядная, вижу дерево – не вижу препятствий. Забралась на ольху, собираю себе ее шишечки и тут слышу неподалеку шорох. Я сразу навострила уши, попыталась сродниться с деревом, как сиамский близнец. Ждать гостя оказалось недолго: спустя пару минут осторожными шагами выходит аккурат к дереву индивид в капюшоне. Стараюсь почти не дышать, так как по манере осматриваться, он явно вышел не на прогулку по лесу. После ситуации с гостями деревни мне каждый раз не по себе, когда иду одна в лес.
Тут этот явно парень наклоняется, осматривает мои корзины, так неосторожно оставленные неподалеку. Но ему не приходит в голову, что я могу быть на дереве. Он остается стоять возле добычи в ожидании, вероятно, моей персоны. В голову начинают лезть всякие неприятные мысли, особенно переживаю за тетушку, ведь она пойдет меня разыскивать. А когда найдет лишь корзины, станет переживать, чего мне бы не хотелось. И записки никакой не оставишь.
На дереве я сидела уже минут пятнадцать, попеременно думая о своей ходячей, а точнее поджидающей меня проблеме. Внимательно наблюдала за неизвестным, пытаясь понять, кто он и что ему могло понадобиться от моей скромной персоны, учитывая, что никто в деревне толком не знает обо мне.
Телосложение его мне ни о чем не говорило, но вот знакомые светлые волосы пшенично-русого оттенка не давали покоя моей голове и воображению. Но потом все встало на свои места после того, как парень с досадой произнес:
- Ну, где ее бесы носят?
Всё, пазл в голове сложился: это Керриан. Точно он! Иного быть не может. Эта шальная мысль выстрелила в голове, поэтому я, не соображая, что творю, с радостным воплем спрыгиваю с дерева рядом с другом. Скажем так, это я и моя меткость думали, что упадем рядом. Но реальность выдала свои коррективы, поэтому я приземлилась аккурат на макушку Керу.
Вскрик, по-моему, мой, болезненный удар в правый бок, а потом весь мир перевернулся. Быстрота реакций друга поражала: он в два счета перекинул меня через себя, ударил и придавил сверху коленом, чтобы не смогла встать. Его удивленный, я бы даже сказала ошарашенный взгляд – вот лучшая награда за тот дискомфорт, что пришлось пережить сейчас.
- Ты кто?! – полу агрессивно спрашивает Кер.
- Конь в пальто! – поджимаю губы, чтобы не рассмеяться, так как его лицо после моего ответа стало приобретать глуповатый вид.
Керриан продолжает удерживать меня в положении лежа и молчит. Пытаюсь поднять руку и понимаю, что я вся, абсолютно вся с ног до головы покрыта грязью. Мда, вот это удачно поохотилась на коренья.
- Да, я это! Вика! – раздраженно произношу. – Что? Не узнал любовь всей своей жизни? Ай-яй, а еще жених называется! – решила подколоть в очередной раз, уж больно патовая ситуация оказалась.
- Как жених?! – даже голос повысил почти до сопрано.
- Ну, вот! Приехали. Все, вставай с меня, - пытаюсь в очередной раз скинуть массивного друга. – Мне дышать тяжеловато, знаешь ли.
Всевышний сжалился надо мной, так как Керриан резким движением поднялся, освободив из плена своего тяжелого тела. Я села, потом осторожно проверила каждую деталь своего тела. Все это время недовольный друг молча наблюдал за моими действиями и даже не подал руку, чтобы помочь встать.
Когда я удостоверилась, что все цело и невредимо, то кое-как, покряхтывая, встала:
- Мог бы и руку подать, не чужие люди все же, - обиженно-притворно надулась и кинула свой любимый взгляд несчастного чучундрика, как именовала его мама.
Видимо, этот эффект действует только на родных, ибо Кер и бровью не повел, а лишь с еще большим отвращением посмотрел на меня. Хотя, может, мне это лишь показалось. Так и не дождавшись ответа, подошла к своим корзинам, молча схватила добычу и пошла в сторону дома. Плевать на ольху, потом еще насобираю. Вся странность ситуации и встреча с другом, который вообще-то должен быть на учебе, меня напрягала. Внутренние инстинкты не давали покоя, но я постаралась их погасить и утихомирить.