Я подошла к раковине и включила воду. И тогда я почувствовала, как воздух стал более разреженным, словно какая-то невидимая сила начинала неумолимо душить. Я услышала щелчок закрывающейся двери.
- Ну, здравствуй, моя милая бестия. Вот и остались мы, наконец, одни.
Я забыла, как дышать, двигаться… Да вообще жить. Я подняла голову и в зеркале встретилась взглядом с Аланом, который пристально смотрел на меня. Казалось, что весь мой прекрасный мир мгновенно меняет краски и становится черно-красным, раскрывая для меня все свое темное нутро и являя на свет скользкие щупальца, пытающиеся затянуть меня в бездну. Но я была почти что уверена, что в его глазах сквозили усмешка и торжество хищника, загнавшего в угол очередную жертву. Никакой неприязни, злости или похоти. Эта мысль промелькнула в моей голове так стремительно, что я не успела остановить зарождающиеся сомнения в моем отношении к этому человеку. Но в данный момент все перекрыл страх и желание бороться за свою независимость.
- Не следует тебе гулять одной по такому большому дворцу. Без друзей, охраны… Ведь мало ли что может случиться. – вырвал меня из плена мыслей голос Алана.
- Хуже, чем лицезрение тебя, в моей жизни уже ничего не случится. Что ты здесь забыл?
- Зашел руки помыть.
- А дверью не ошибся? – паника внутри меня начала нарастать, потому что Алан медленно приближался ко мне. Однако голосом я ничем не выдавала свои эмоции.
- Ты права, но я слишком удачно ошибся дверью, чтобы теперь покидать это место. – С последним словом он подошел вплотную, упираясь руками в стоящую позади раковину. Почему я не рванула с места до того, как оказалась в его ловушке? Наверно, это выглядело бы смешно в таком тесном пространстве, ведь шансы добраться до двери и не быть схваченной равнялись нулю. Я замерла на месте, страшась более плотного кольца его рук. – Что же в тебе такого особенного? Даже Александр встал на твою защиту, а ему до женщин нет ровно никакого дела, кроме как затащить их в постель. Но ты… Даже меня заставляешь наплевать на предосторожность.
- Может, потому что тебе завидно, что Александру удалось завоевать мое расположение? Я нахожусь в этом замке добровольно. И кто сказал, что ему ко мне как до женщины есть хоть какое-то дело.
- Поверь, милая, я знаю Александра очень хорошо. Даже его ручная златовласая собачонка не сможет ничего сделать. – Я нервно сглотнула, ощущая его дыхание на своих губах. Может, он прав, и Александр действительно хочет чего-то большего? Мне бы трезво оценивать действительность, а не купаться в несбыточных мечтах.
- Наверно, ты знаешь его недостаточно хорошо.
Алан рассмеялся. Я была в глубоком замешательстве от его настроя, потому что не таким я ожидала продолжение нашего общения. Я предполагала, что Алан применит ко мне насилие или попытается что-либо сделать, полностью сломив мою волю. До этого момента я не решалась смотреть ему прямо в глаза, но нужно было выдержать напор его темного взгляда. Я хотела показать ему, что я не боюсь. Что я способна постоять за себя без чьей-либо помощи…
- Дерзкая… Мне нравятся такие. Так же, как и Александру. – Он пристально смотрел мне в глаза. Возможно, пытался уловить мою внутреннюю бурю эмоций. Я не могла выдержать молчания, воцарившегося между нами.
- Откуда тебе знать, что нравится Александру? – выпалила я, лишь бы нарушить эту гнетущую тишину.
- А вот это большой-большой секрет, который тебе знать необязательно. – усмехнулся он. Некоторое время он еще молча изучал меня, а потом внезапно сжал в крепких объятиях и жадно впился в мои губы. Я и не заметила, что до этого момента во мне нарастала буря эмоций, которой необходимо было дать выход.
Что есть сил я заколотила руками по его груди, сама не понимая, что делаю это скорее из страха перед своими чувствами. На мгновение Алан оторвался от меня, но лишь затем, чтобы заключить в плотное кольцо мои руки, лишая меня всякой возможности к активному сопротивлению. Только вот и сопротивления теперь не было никакого…
Снова прильнув к моим губам, Алан двигался медленно и нежно, словно наслаждался каждым моментом, растягивая сладость. А я в это время пыталась бороться сама с собой. Это невозможно, неправильно и абсолютно неприемлемо. Я не могу так поступить с собой, с Александром… Куда подевалась вся моя гордость, если я растворяюсь в поцелуе с незнакомым мне человеком, который не так давно хотел сделать меня наложницей. Но мой рассудок совсем помутнел, принципы остались глубоко в сознании.