Я уже не соображал. Казалось, в моих кулаках сосредоточилась вся сила этого мира, способная расправиться с любым обидчиком. Я так неистово желал взять за шкирку этого самодовольного барана и выбить из него всю эту спесь. Останавливало меня от реализации лишь то, что я могу навредить Анне, которая сейчас покоилась в его руках.
- Убери. От нее. Свои. Грязные. Руки. – отчеканил я.
- Прости, но не могу же я оставить ее лежащей на этом грязном холодном полу. Мои руки уж гораздо чище. – парировал Алан. Глухой удар. Я не сразу сообразил, как мой кулак протаранил стену уборной, а по кафельной плитке прошлась трещина. И пусть на следующий день там будет синяк, это уже неважно. Это хоть как-то позволило усмирить мои эмоции.
- Отойди от нее, я сказал. Иначе я не ручаюсь за свои дальнейшие поступки.
- Подумал бы ты лучше о том, чтобы закрыть эту чертову дверь! Хочешь, чтобы нас услышала добрая половина дворца?
- Пусть услышит!
- Я понимаю, что ты меня ненавидишь, но подумай своим мозгом хотя бы раз в жизни. Ты сейчас обрекаешь нас на скандал. Хочешь, чтобы и Анна оказалась в него втянутой? – ответил Алан. Он был зол. Неужели он беспокоился? Бред какой-то. Но я закрыл дверь. Чужие уши нам не нужны. – А вообще нужно, чтобы она очнулась. У вас есть нашатырь? Может, нюхательная соль? Нельзя, чтобы она так долго оставалась без сознания. – он внимательно посмотрел на меня. Его светлые янтарные глаза вдруг стали темными. – Что же ты стоишь? Особое приглашение нужно?
- Не кричи на меня! – ответил я. Этот разговор действовал мне на нервы. Но он был прав. Нужна была помощь. Нужно действовать. Срочно. Причем так, чтобы никто ни о чем не догадался. Даже Волкан. Думай, думай, думай… Точно! Как же я мог забыть о прелестях украшений моей сестры? – В браслете подвеска – там соль. А вообще отойди, я сделаю это сам.
- Ладно, уступлю. Может хоть так ты, наконец, успокоишься. – произнес Алан, уступая мне. Я присел и положил голову Анны себе на колени. Надеюсь, ничего серьезного.
- Я этого так просто не оставлю! Что ты сделал?
- Ровным счетом ничего. Как ты смог открыть эту дверь?
- Я не открывал, ждал хоть каких-то действий. Ей-Богу, я бы сейчас тебе врезал как следует. – ответил я. Более мне не хотелось с ним разговаривать. Поскорее бы избавиться от его общества. Но пока что выбора у нас не было. Анна не открывала глаза. – Ну давай же, моя хорошая. Ты должна очнуться. Как же ты можешь пропустить самые яркие минуты праздника?
Я, наверно, выглядел как дурак, сидя на мраморнои полу и раскачиваясь с женским телом в руках. Алан странно хмыкнул в стороне.
- Какая идиллия… Выглядите как голубки.
- Закрой свой рот! Если ты прикоснешься к ней еще хоть раз…
- Даже и не собираюсь. Потом объясняйся с тобой. Не хочу лишний раз выслушивать твои эмоциональные препирания. Как она вообще весь вечер тебя терпит! – Алан стоял, прислонившись к стене, сложив руки на груди. Казалось, ему вообще безразлично все, что здесь происходит. Только я волновался за девушку, которую встретил лишь сегодня утром.
- Бездушная скотина! Тебе вообще все равно?
- Вообще-то я врач и беспокоиться начну, когда в этом будет необходимость. И вообще, разве не ты всегда говорил: «Уметь скрывать свои эмоции – истинное искусство, которое всегда тебе пригодится». А ты в последнее время стал совсем какой-то эмоционально-неустойчивый. А сегодняшняя ситуация тебя совсем добила. Я даже начинаю за тебя волноваться.
- Не стоит. Сам о себе позабочусь. И объясни, наконец, что здесь произошло. – я старался, чтобы мой голос звучал максимально ровно. Больше всего меня злило то, что Алан прав. Мне не стоит так остро реагировать.
- Да не знаю я. Не хочу лишний раз тебя злить сегодня, но твой приход испортил все - вот сейчас мне реально хотелось его убить и скинуть бездыханное тело на съедение волкам. – Не смотри на меня так. Ты хотел объяснений. Анна побежала к двери, и я схватил ее прежде, чем она успела добежать, но потом дверь открылась, она закричала и, не успев сделать хотя бы шаг, без чувств упала на пол.