- Я тебе не верю. Не может быть такого.
- Идеалистка! Не забывай, в какую страну ты приехала, какие люди составляют большую часть населения. Даже реформы, проводимые шейхом, встречают сопротивление. Если я тебя мог украсть с пляжа, думаешь, другие лучше? Но тебя это не касается, иди к столу.
- Не указывай мне!
- Я не указываю, а советую. Нам лучше вообще не пересекаться. - Сейчас мы стояли так близко, что я чувствовала на себе его сбившееся дыхание.
- Ты первым все это начал!
- Не скидывай на меня, оба виноваты.
- Нет.
- Отрицание – первая стадия принятия.
- А ты, я смотрю в философы записался. – Наша перепалка постепенно набирала обороты и я начала язвить. Было ощущение, что я сейчас заставлю извергнуться давно потухший вулкан.
- Может и так, но мне точно хватает мозгов признаться в том, что я был не прав вчера. Но признаешься ли ты себе в том, что вечером не только я творил глупости? - Он внимательно изучал меня, будто предугадывая дальнейшую реакцию. Что вообще происходит? Абсурдность ситуации не давала мне покоя. Со вчерашнего дня мою жизнь будто засосало в водоворот, из которого выбраться не получается.
Сейчас, смотря на Алана, у меня создавалось ощущение, будто я действительно нашкодила, как маленький ребенок. Мне не нравилось это чувство… Хотелось верить, что мы общаемся на равных. А для этого надо было признать, что вчера я перестаралась. Да, непонимание происходящего давило на меня, но скидывать вину на помутнение рассудка я больше не собиралась. Это был бы слишком детский поступок.
- Я признаю, доволен? А теперь нам действительно лучше разойтись. – Я практически побежала, но почувствовала железную хватку на своей руке. В непонимании я посмотрела на Алана.
- Анна, прости меня. Возможно, сейчас это прозвучит глупо, но я действительно не хотел, чтобы так получилось. – Грусть в карих глазах ошеломила меня. Но все, что я смогла сделать – кивнуть и как можно скорее покинуть это помещение.
21 глава. Александр.
После такого «потрясающего» семейного завтрака мне срочно надо было выпустить накопившиеся эмоции. Поэтому, недолго думая, я попрощался со всеми, оставив дядю с Аланом обсуждать дела, а Анну вместе с женской половиной этого дома отдыхать.
В Лондоне меня всегда спасал тренажерный зал, оборудованный в моем коттедже. Идеальное место, где никто не мог тебя побеспокоить… Но здесь, к сожалению, такая возможность отсутствовала, а идея ехать в тренажерный зал отеля мне совсем не нравилась. Во-первых, там наверняка куча народу, потому как оно было единственным в Арелании, а во-вторых, вероятность встретить там Элизу была слишком высокой. Не хватало еще сейчас лишних раздражающих факторов!
Поэтому я решительно направился в конюшню. Здесь всегда было много работы. К тому же я очень скучал по Эльвингу и хотел наверстать упущенное, самостоятельно ухаживая за своим конем.
- Здравствуй, Актай! Как у вас здесь обстоят дела? – спросил я у главного конюха.
- Приветствую Вас, Александр. Доган заболел, поэтому сейчас я здесь пытаюсь справиться один, но моих рук на все не хватает. – Актай улыбнулся мне. Ему было уже 53 года, но он все также упорно трудился у моего дяди, не чураясь любой работы, и отказался от повышения, аргументировав это тем, что не может заниматься бумажками, пока его любимые подопечные скучают без него. Своими подопечными он называл лошадей шейха.
- Я с удовольствием помогу тебе, Актай. Ты же знаешь, что ты мне как родной отец, а лошади – мои родные сыны. – я искренне улыбнулся и закатал рукава своей белоснежной рубашки.
- Но, мой господин, вы же запачкаете такую красоту. Негоже работать в таком виде.
- Не переживай, я не чураюсь грязной работы, а рубашку можно и снять. Все равно сюда никогда не заходят женщины. – сказал я и стянул свою белую рубаху. – Ну что, приступим?
Взяв необходимые инструменты и тележку для навоза, я подошел к первому стойлу. Выводя арабского скакуна в свободное стойло, я погладил лошадь по носу и дал ей яблоко, заранее взяв его из корзины.