«О! Продолжение!»
– Ты был с ней! На столе сидел…
«Это он!» – щеки вспыхнули, сердце застучало, грозя своим гулом выдать меня, да и под дерюжкой резко стало меньше воздуха. Сразу захотелось выйти вдохнуть полной грудью и как бы случайно, ненароком взглянуть на него. Но не разговаривать. Сразу уйти…
– … Ты танцевал с ней на балу! – продолжил гость.
«Э… как?» – удивление окатило меня подобно холодной воде, снизив жар и успокоив желания.
– Где, простите? – в Валеркином голосе моим эхом прозвучало недоумение.
– На балу! – припечатал обвинительно принц, – Ты и сейчас так одет…
«А! Выпускной… – успокоительно обрадовала я себя пониманием, и тут же новая непонятка, – Он-то откуда знает? Поглядывал? Он может так?»
– … как будто снова… – продолжал гость, – Ты идешь с ней? С ней? Да? С ней?!
«Боже, какая экспрессия!» – цинично замечал разум, а сердце млело и стучало, стучало и млело. И губы улыбались непонятно чему.
– Не стоит вам мне тыкать, – паладин был вежливо холоден, – Мы с вами на брудершафт не пили и в братании замечены не были. И даже просто не знакомы.
«Прав Валерка, дистанцию держать надо».
– Кхм…
«Мне, кажется, или принц действительно сделал пару глубоких вдохов для успокоения?»
– Признаю вашу правоту…
«Звучит как политес сквозь зубы».
– Могу я увидеть непорочную уважаемую богиню Лемку?
– Нет, не можете, – у меня мыслительный процесс на нуле, просто с замиранием сердца жду реакции.
– А если буду настоятельно просить?.. Требовать?.. Я так понимаю, угрозы тоже не помогут?
– Вы абсолютно правильно понимаете.
«Молодчина Валерка! Не друг – стена!»
Молчание, изводящее душу.
Глубокий вздох… сквозь зубы, но голос остается ровным:
– А как я могу изменить ваше мнение в нужную мне сторону?
– А причем тут мое мнение? – Валеркино удивление звучало очень натурально.
«Может оно действительно натурально?»
– То есть решение пускать или не пускать меня принимается не вами?
– Пускать или не пускать куда?
– Издеваетесь?
– Уточняю.
«Мне, кажется, или гость действительно стал опять подзакипать. Точнее, подзакипать он начал сразу как появился, а вот сейчас может дойти до точки критического давления пара. Только до драки мальчики не доходите… А то ведь не знаю за кого тогда болеть-переживать»
– Хорошо…
«Брр, от такого 'хорошо' мурашки по коже бегают»
– … тогда разъясняю. Я хочу пройти к непорочной уважаемой богине Лемке.
– Вы имеете в виду мадмуазель-сударыню богиню Ленку Червоточинку?
«Ты смотри, запомнил он эту мадмуазель-сударыню!»
– Да, – это был не ответ, а какой-то сгусток эмоций.
– Так вы уже здесь… Вы зашли к богине Ленке Червоточинке…
– Так вы говорили… – в голосе легкая растерянность и совсем нелегкая подозрительность
– …что увидеть ее не можете, – спокойным голосом подхватил Валерка, – и это чистая правда. Разве вы ее здесь видите?
– А вы собственно кто? – усилившееся недоумение, отразившееся в голосе визитера, явно показывала небольшой спад накала страстей.
– Вот мы и добрались до нужных вопросов, – констатировал мой защитник.
– Издеваетесь?
– Очень-очень слегка. Верней дружески подтруниваю.
– Дружески?
– Но вы же еще ничего не сделали, чтобы стать врагом…
«Валерка, ты прелесть!»
– … Собираетесь это изменить?–внес уточнение друг.
«НЕТ!!!!»
– Пожалуй, нет…
Я громко облегченно вздохнула и тут же испугалась, что меня услышали. Но принц продолжил без остановки:
– Только подшучиваний хотелось бы больше не слышать. Настроение, знаете ли, не очень.
– Что так?
– А вы считаете, что если на твою просьбу отвечают с десятилетним опозданием это нормально? – его голос дрогнул, выпуская раздражение, – Десять лет!
«Десять лет?» – удивленно подумала я.
– Десять лет? – переспросил Валерка
– Десять лет! Понимаешь! – гость уже не скрывал злобного раздражения, – Десять лет! Война! Оккупация! Разорение! Голод! И все несет смерть. Понимаешь! Смерть! У меня народ чуть ли не вымер! И тут она заявляется. И не находит ничего лучшего занятия, чем попугать моего непутевого братца!
– Что просто пришла попугать?
«Вот уж чего не было!» – чуть не выкрикнула я в ответ, но «героически» удержалась.
– А то не знаешь!
– Будешь смеяться, но не знаю. – Валеркин голос, утратил холодность, приобретя нотки дружеского участия, – Я ж не бог какой-нибудь.
Гость громко саркастически хмыкнул:
– Ну а кто ты тогда, восседающий в покоях богини?
– Ты будешь смеяться, – я четко услышала легкую Валеркину усмешку, – но сам толком не знаю.