— Ну а что? — хмыкнул я из тени, не без удовольствия наблюдая за тем, как в щепки разлетается «моё» хлебало. — Это ж тебе надо, а не мне.
— Да то есть «мне»⁈ — снова возмутился Кащей, ставя на место челюсть.
— Так и есть: тебе! — подтвердил я. — Ты же владеешь моим телом — значит, тебе.
— Но ведь он же заберёт себе ТВОЮ Империю⁈ — продолжил возмущаться мой «напарник».
— Да и сахар с ней, — ухмыльнулся я из тени. — Не больно-то и хотелось. Пусть забирает. Зачем мне Империя без моего тела? Зато он, этот «Красный», получив Империю, перебьёт всех твоих гадских Разумников. Да и тебя… уверен, просто так не отпустит. Убить, может, и не убьёт, но… — многозначительно помолчал я, потом добавил. — Здравствуй, тёмный подвал!
— Ты блефуешь! — рыкнул Кащей. — Никакой подвал меня больше не удержит!
— Возможно, — хмыкнул я. — Но, после поражения, «Красный», да и весь мир, сделают всё, чтобы тебя раздавить! Ты слишком сильно всех напугал: тебя будут гнать, как бешеного зверя, не давая остановиться и передохнуть ни минуты!
— Но ведь, и тебя вместе со мной! — очередной раз, падая изрубленным, возмутился Кащей.
— Я? Мне плевать! Я и так заперт в собственном теле тобой, как в тюрьме. Хоть, какое-то развлечение будет.
— Ты!.. — выдавил сквозь сжатые зубы Кащей, восстанавливая половину тела, сожжённую новой атакой китайца, которые, кстати говоря, становились всё более мощными и результативными. Он ведь тоже, не просто бездумно пинал меня, а приспосабливался, подбирал наиболее эффективные воздействия, искал и использовал слабости.
— Хм? — задумчиво сообщила Кащею тень, потирая подбородок. — А ведь, если так и дальше пойдёт… то он, в конце концов, пожалуй… и прикончить тебя сможет…
— Не меня, а нас! — зло рыкнул мой «напарник», восстанавливая теперь другую половину тела.
— Тоже не худший вариант, — ухмыльнулся я. — «Лучше ужасный конец, чем ужас без конца» — слышал такое выражение? Я смерти давно уже не боюсь — мог бы сообразить, просматривая путь моего «восхождения» к Императорскому Трону. Я-то с самого начала, против всего мира воевал. Точнее, он против меня. Мне не привыкать. А вот тебе, дорогой «учёный», очень надолго придётся позабыть о тепле и спокойствии своих лабораторий. Если не навсегда.
Не знаю, могу ошибаться, но, по-моему, Кащея сломал именно последний мой аргумент. Тот, который о лабораториях. Ведь, смерти он, похоже, боялся уже даже меньше, чем я сам… Или просто умело делал вид, что не боится. А! Нет! Я понял: он надеется на то, что после нашей смерти останется его легендарная «иголка», которую потом смогут воткнуть кому-то другому! Именно поэтому, в свою смерть он до конца-то не верит.
— А на «иголочку» можешь не рассчитывать: Кобаяси и всю его клику Разумников «Красный», не будь дурак, под нож пустит первыми. Уверен, он уже приказал своим людям с них глаз не спускать.
— Обломается… — рыкнул Кащей. Правда, без прежней уверенности.
— Ты так думаешь? — мыкнул я. — Есть среди твоих ребят кто-то сильнее тебя в Менталистике? Молчишь? А ведь даже ты этого «Красного» толком пробить не можешь.
— Он под Артефактной защитой, — буркнул Кащей.
— От Ментала? А, разве такая есть? — удивился я.
— Значит, есть, — рыкнул мой «напарник», лишаясь всей нижней своей половины и срочно принимаясь её восстанавливать.
— Занятненько, — проговорил я. — Тогда, тем более…
— Ладно! — воскликнул Кащей. — Чего ты хочешь⁈
— Ещё спрашиваешь? -хмыкнул я.
— Ты же знаешь, что я не могу тебя отпустить! Не не хочу, а не могу!
— Дурак! — оборвал его я. — Петь я хочу! Петь! Обещай мне концерт, и я его грохну.
— Концерт? — тут же упёрся Кащей.
— Ладно, не концерт, — согласился я. — Ну, хоть пару песен!
— Одну! — отрезал он.
— Хорошо — одну, — со вздохом согласился я.
— И не потом, а прямо здесь, на полигоне. Только для тех, кто тут ещё остался! — продолжил настаивать он. Видимо, не хуже меня понимал, насколько непредсказуемо опасны могут оказаться мои «песенки», если дать мне серьёзную, многотысячную аудиторию.
— Тогда, две! — начал наглеть я.
— Р-р-р-р!!! — только и услышал я в ответ.
— Ну, сам его, тогда, убивай, — «обиделся» я.
— Ладно!! — окончательно сдался Кащей. — Убей уже его, наконец!!!
— «Руль» давай, — примирительно сказал я. И тут же почувствовал, как ко мне вернулся контроль над моим телом. Контроль, по которому, я так соскучился.
А в следующее мгновение китаец замер в недоумении, так как его меч, летевший, чтобы очередной раз раскроить мне голову, замер, зажатый между двумя пальцами моей свободной левой руки.
— Достаточно, — растянув губы в предвкушающе-маньячной усмешке, сказал я, неторопливо поднимаясь с земли, точнее, с пышущей жаром стеклянистой поверхности, в которую наш бой успел превратить окружающую землю.