– Как у вас с Юлей? Всё хорошо? – намеренно меняю тему разговора.
– Кого ты увидела в кафе, что так быстро сорвалась, даже не съев мороженое? – Витя не поддается на мою уловку.
Я долго молчу, раздумывая, поделиться ли с Витей своими переживаниями и подбираю слова. В итоге решаю рассказать.
– Там был он, – я даже его имя не могу произнести вслух, – с другой девушкой, – замолкаю.
Витя тоже молчит.
– Я не знаю почему, но когда я вижу его с кем-то, мне очень больно, – признаюсь честно.
Мне всегда было легко открыться Вите. Он никогда не посмеется надо мной, не будет подшучивать, а просто выслушает и даст совет.
– Кошка, это называется ревность.
– Я знаю, как это называется, – раздражённо отвечаю ему и пытаюсь отойти, но он прижимает меня к своей груди, обнимая за плечи.
Немного успокоившись, тихо спрашиваю:
– Почему я его ревную? Ведь я понимаю, что мы не подходим друг другу. Он не мой типаж. Я мечтала о другом человеке, – голос предательски дрожит.
– Ты влюблена в него, только не хочешь этого признавать, – Витя говорит то, что я боялась услышать. И да, он прав, я не хотела признавать того факта, что мое сердце каждый раз при виде Майкла бешено стучит в груди, порываясь выпрыгнуть. Только вот страх, что он разобьёт его на тысячи осколков, не отпускает меня.
***
Я очень рада, что семестр окончен. Не хочу встречаться с Надей. Боюсь, не выдержу и выскажу всё, что я о ней думаю, как только мы столкнёмся. На её звонки и сообщения я не отвечаю. Я просто не знаю, что ей сказать. Впервые сталкиваюсь с предательством со стороны друзей и как вести себя, понятия не имею.
Быстро переодеваюсь и иду в зал хареографии, где уже звучит музыка. Странно, что начали репетировать без меня. Оглядываюсь по сторонам и вижу только Руслана. Он танцует, не замечая меня. Я уже собираюсь выйти, но он останавливается, приветливо улыбаясь. А мне хочется размазать его улыбку по лицу. Сразу вспоминаю фото, сцену в кафе и былая злость, ревность и обида возвращаются.
– Я заждался тебя, Алёна, – как хищник надвигается на меня.
Неужели одним взглядом можно заставить человека застыть на месте? Если нет, то почему я не могу сделать даже шаг? Почему не могу пошевелиться? Только глаза в глаза. Внутренности сжимаются так, что становится тяжело дышать.
– Где все? – вместо голоса лишь шёпот.
– Не знаю. – Пожимает плечами. – Так даже лучше. Мы одни и можем спокойно репетировать. – Руслан стоит в шаге от меня.
– Не вижу ничего хорошего, – огрызаюсь в ответ.
Каким-то образом мне удается взять себя в руки. Возможно, напоминание о том, что этого человека я должна остерегаться, вернуло мне самообладание.
– Я был прав, ты боишься меня. У-у-у! – дурачится, расставив ладони, и пытается запугать, будто я маленький ребенок.
– Идиот! – обхожу его и прохожу в глубь зала. – У меня мало времени. Будем репетировать или ты будешь продолжать строить из себя шута горохового? – оборачиваюсь и, вскинув бровь, спрашиваю его.
– Ты всегда такая...
– Какая?
– Серьезная.
– Понятно. Мне пора. – Иду к двери, но Руслан загораживает мне путь.
– Так, стоп. Я же просто шучу. Ты что-то угрюмая сегодня. Всего лишь хотел поднять тебе настроение.
– Моё настроение поднимется, как только я выйду отсюда. Уйди с дороги. – пытаюсь обойти.
– Ладно, понял. Шуток не понимаешь. Хорошо, будем просто репетировать.
Я останавливаюсь и смотрю на его серьезное лицо. Потом иду к аппаратуре и долго ищу наш диск в куче других. В отличие от меня, Майкл находит его сразу, как только подходит к столу. Пока он включает, принимаю свою позицию, пытаясь унять сердцебиение из-за предстоящего танца. Когда я уже буду ровно дышать, а не волноваться перед каждым нашим танцем?
Но на удивление я полностью погружаюсь в танец и возвращаюсь в реальность только тогда, когда мы лежим на полу и пытаемся выровнить дыхание. Моя грудь поднимается и опускается от частого дыхания. Закрываю глаза и неожиданно чувствую, как Руслан обхватывает руками мои лодыжки и легонько кусает одну из них. Взвизгнув, опираюсь на локти и пытаюсь освободить свои ноги.
– С ума сошёл? Ты что творишь? – кричу на него.
– Почему ты такая колючка? – поглаживая укус, спрашивает Майкл.
С трудом игнорируя приятные ощущения, отвожу взгляд от его руки, которая до сих пор прикасается к моей лодыжке.