— Зря волнуешься. — Лёва кладёт подбородок на моё плечо и заискивающе улыбается. — Поверь моему опыту, вы сегодня получите главный приз, а ещё возможность принять участие в конкурсе в Москве.
— Отвали от неё. — Руслан так внезапно появляется, что я вздрагиваю. Смерив Музыкантова ледяным взглядом, смотрит на меня. — Наш выход, Алёна. — Подаёт мне руку.
Слегка шевелю плечом, чтобы Лёва убрал свою тяжеленную голову.
— Всё будет хорошо. Не поддавайся волнению, иначе можешь забыть движения, а если вдруг собьёшься, тогда импровизируй. У тебя это хорошо получается, — наставляет меня Руслан, пока мы идём по длинному коридору.
Я киваю головой, как болванчик. Где-то вдалеке, словно эхо слышу наши имена и чувствую, как Майкл крепко сжимает мою руку. Первыми выбегают парни из команды Музыкантова.
– Я жду тебя на сцене, сегодня мы заберём главный приз. — Руслан подмигивает мне и оставляет одну за кулисами.
Я слышу, как визжат девчонки при его выходе. Вспоминаю, что в зале в качестве моей группы поддержки только Витя и Алла, которая уже наверное заняла своё место. Набрав побольше воздуха, отсчитываю секунды. Три, два, один...
Свет софит слепит глаза, но тело в такт музыке воспроизводит каждое отточенное движение. А дальше только эйфория и наслаждение от самого выступления. И вот она концовка песни. После поддержки я смотрю, как капелька пота струится по виску Руслана. Наше рваное дыхание, которое невозможно услышать из-за громкой музыки, и только грудная клетка выдает, что мы выложились на все сто. Сейчас мы покажем мнимый поцелуй и покинем сцену. Руслан наклоняет меня, придерживая руками за талию. Всё идёт, как мы и репетировали все эти месяцы, но вместо того, чтобы наклонить мою голову немного вправо, он впивается в мои губы. Затаив дыхание, пытаюсь понять, что творит этот парень. Мягкие движения его губ на моих, цитрусовый вкус и лёгкое касание языка, чтобы раздвинуть мои губы, которые будто окаменели. Тело начинает бить лёгкая дрожь и былое волнение только в троекратном размере вновь охватывает меня. Он целует меня по-настоящему. В губы. Прямо на сцене на глазах у сотни людей. В зале полном десяток его поклонниц.
Руслан, заметив мой окаменевший взгляд, медленно отодвигается. Оказавшись в вертикальном положении, смотрю на огромную толпу, которая словно сошла с ума. Визг, аплодисменты, свист бьют по барабанным перепонкам.
Ведущий объявляет следующих участников. Руслан, взяв меня за руку, ведёт за кулисы, я следую за ним на ватных ногах, всё ещё переваривая то, что произошло минуту назад. Слышу, как до сих пор зрители выкрикивают наши имена. И я наконец осознаю для чего он устроил это шоу. Да как он посмел целовать меня на глазах у всех? Без моего разрешения? Кем он себя возомнил?
Моя рука взлетает вверх, чтобы влепить пощечину, но тут появляется Лёва и кричит, чтобы мы возвращались на сцену, так как зрители вызвали нас на бис.
Поклонившись, мы возвращаемся за кулисы, но снова вынуждены вернуться на сцену.
Когда наконец мы оказываемся подальше от сцены, я с размаху даю Руслану пощечину и устремляюсь к гримерке. По дороге врезаюсь в людей, но даже не испытываю боль. Единственное, что я сейчас чувствую – злость, обида и страх. Он ворвался в мое личное пространство насильно. После изнасилования у меня никого не было и после того случая я боюсь близости с парнями. К тому же Майкл устроил всё это для показухи. Он просто напросто использовал меня, чтобы сделать соответствующий эффект в нашем выступлении, а я решила... Дура! Идиотка! Закрываюсь изнутри, чтобы никто не увидел моих слёз. Быстро стираю их, но бесполезно. Одна за другой они струятся по моим щекам. Я снова плачу из-за этого парня. Сажусь на стул, закрываю лицо ладонями и плачу навзрыд.
— Ненавижу тебя! Ненавижу! — бормочу сквозь всхлипы.
Глухие удары в дверь заставляют меня подскочить.
— Кошка! Открой дверь! Слышишь? — кричит Витя.
Боже! Он видел мой позор! Как стыдно смотреть ему в глаза.
— Катись отсюда к черту! – замираю, когда Витя к кому-то обращается.
А если это Руслан? Даже не хочу думать, что будет если это он. Подбегаю к двери, на ходу стирая остатки слёз на лице. Прислушиваюсь к возне в коридоре.
— Ты зачем это сделал? — рычит Витя.