Прислоняюсь к дверному косяку и рассматриваю кухню. Как давно я здесь не была? Месяц назад? Два? Полгода! Сколько оказывается времени уже прошло. Но здесь ничего не изменилось, даже многочисленные фотоальбомы, которые все также разбросаны по всей кухне. Я смотрю на то, как Витя заваривает мой любимый зелёный чай, достает из шкафчиков сладости и ставит на стол.
– Что стоишь как не родная? - Витя вырывает меня из мыслей.
Бесшумно ступаю по паркету и сажусь на стул. Несколько минут в комнате стоит тишина. Я подбираю слова, чтобы начать непростой разговор, но Витя опережает меня:
— Алён, почему ты молчала? Почему не рассказала сразу? Я думал, мы друзья и у тебя нет от меня секретов, — обида сквозит в его голосе.
— Я сказала маме, но она мне не поверила, — вырывается горький смешок.
— Как давно это началось? Расскажи, — Витя накрывает мою руку своей.
— Только с одним условием, ты ничего не скажешь Сене. Обещай мне.
— Но...
— Витя, это ни к чему хорошему не приведёт. Поверь, отчим найдёт способ выкрутиться, а мама с Сеней поссорятся.
Витя устало проводит рукой по волосам.
— Ладно, но я сам поговорю с дядей Федей. Пусть не думает, что тебя некому защитить, — зло проговаривает он.
Только после этого я рассказываю ему о том, как на самом деле складываются мои отношения с отчимом. С каждым словом лицо Вити краснеет от злости и ненависти. В какой-то момент я начинаю корить себя за то, что на эмоциях всё выложила другу брата, но уже ничего не исправишь и мне остаётся только надеяться, что Витя не проговорится Сене и сам не наломает дров.
— Мудак, — заключает Витя к концу моего рассказа.
— И не поспоришь, — усмехаюсь в ответ.
— Тебе надо было всё рассказать мне, а не проходить это в одиночку.
— Даже сейчас я не уверена, что поступила правильно, — признаюсь в своих сомнениях.
— Если он оставит тебя в покое, то не о чем волноваться, но если ещё раз даже косо посмотрит на тебя, то пусть пеняет на себя.
Вздыхаю, понимая, что бесполезно отговаривать Витю, а он в свою очередь удивляет своим вопросом:
— Что у тебя с этим Русланом?
— Ничего, — отвечаю я. — Мы партнёры по танцам, точнее были, — быстро добавляю.
— Он тебе нравится, да Руслан к тебе не равнодушен, но мне он не нравится.
— А тебе и не должен нравиться Руслан, — резко говорю я и отодвигаю от себя полупустую чашку. — Спасибо за чай, я пошла спать.
— Кошка, ну что ты психуешь?
— Это не психи. Я устала и хочу спать, — складываю руки на груди, всем своим видом показывая, что не хочу сейчас обсуждать Руслана и наши чувства.
— Я конечно буду рад, если ты начнёшь с кем-то встречаться, но хотелось бы, чтобы рядом с тобой был достойный человек. Ты уверена, что Руслан именно тот, кто тебе нужен? — не унимается Витя.
— А ты уверен, что Юля та самая девушка? — сердито смотрю на Витю. — Я не знаю, что нас ждёт, никто не знает, даже ты сейчас не можешь сказать, что тебя ждёт с твоей девушкой. Может быть вы поженитесь и проживете долго и счастливо, а возможно расстанетесь. Также и я не могу тебе ответить на этот вопрос, но одно я знаю точно – мне ещё никто так не нравился, как Руслан.
— Это даже слепой заметит, — говорит Витя и он не в силах сдержать улыбку, отчего я немного смягчаюсь, а потом и вовсе чувствую неловкость от того, что меня так легко читать.
— Неужели это настолько заметно? — бубню себе под нос.
— Глаза блестят, щеки горят и никого не замечаешь вокруг.
— Достаточно. — выставляю вперёд ладонь, чтобы он прекратил надо мной издеваться.
Неужели я правда так глупо выгляжу рядом с Русланом?
— Спокойной ночи, Кошка, — Витя подходит ко мне и целует в лоб, стирая этим милым жестом накопившееся за весь день напряжение.
Пожелав ему того же, выхожу из кухни.
***
Дома я ожидала совсем другого приёма. Не успела закрыть за собой входную дверь, как из кухни вышла мама и начала орать на меня. Сначала я не понимала, что произошло, а потом с каждым маминым словом стала отчётливо осознавать, что этот гад, отчим, промыл ей мозги. Я не перестаю удивляться тому, как ему постоянно так ловко удаётся выкручиваться. Браво! Аплодирую стоя его изворотливости. На этот раз он сумел всё вывернуть и исказить. Оказывается не он оскорбил меня, не он пытался меня ударить и таскал за волосы. По его версии всё было иначе. Руслан пришёл ко мне в гости, а когда дядя Федя не пустил меня с ним гулять, якобы было уже поздно, Руслан ударил его и мы сбежали.
— Мам, всё было не так, — пытаюсь достучаться до нее. — Ты можешь меня выслушать? — повышаю голос, потому что этот балаган действует мне на нервы.
— Опять слушать твое враньё? — кричит мама в ответ. — Я не понимаю чего ты добиваешься? Ты хочешь, чтобы я до старости прожила одна? Ты этого хочешь? Конечно, ты только ждёшь момента, чтобы нас рассорить, — не дожидаясь моего пояснения, заводит свою песню мама.
Я уже и не пытаюсь что-то сказать. Она всё равно меня не слышит.
— С первых дней ты наговаривала на Федю. То он ругает тебя, то косо смотрит, то бьёт, то ещё что-то. Знаешь, что Алёна, ты эгоистка!
— Эгоистка? — в ужасе переспрашиваю я.
— Да-да, именно, ты эгоистка! Ты думаешь только о себе и своём комфорте. Тебе плевать на меня, на моё счастье, лишь бы тебе было хорошо.
От нелепого обвинения на глаза наворачиваются слёзы, а в горле стоит такой ком, что тяжело сделать даже вдох.
— Наташенька, ну что ты так завелась.
Мой взгляд приковывается на физиономию отчима, который подошёл к маме сзади и положил руки на ее плечи. На его скуле красуется синяк.
"Мало тебе, сволочь!"- мелькает мысль.
На мой яростный взгляд он ехидно улыбается, говоря тем самым, что снова вышел сухим из воды.
— Да как же не зоводиться, Федя! Собственная дочь ставит подножки.