— Знаешь, что самое забавное? — протянул он с явной издёвкой. — Мне плевать на твои предложения.
Речь генерала стала более приглушённой, но от этого лишь более зловещей.
— Я здесь не для того, чтобы делиться. Я здесь, чтобы забрать то, что по праву силы принадлежит моему народу.
Незнакомец неспешно поднял руку, и воздух вокруг него начал дрожать, словно от жара.
— Жаль, — произнёс он, медленно растворяясь, — жаль, что ты выбрал путь войны.
Темная сущность и бестия исчезли. Воцарилось безмолвие на всех уровнях. Словно врата неких дверей захлопнулись, отрезав этот мир от других измерений.
Пылающий меч в руке Мерца погас, и он разжал пальцы, позволяя клинку раствориться в воздухе.
Короткий жест руки — и весь отряд оказался втянут в тёмный вихрь, который поднял их в воздух, оставляя на земле воронки.
**
***
ИО:
Я сидела за старым дубовым столом на кухне.
Солнечный свет струился сквозь окна, оставляя на полу уютные узоры. На столе стояла ваза с полевыми цветами. Мама хлопотала у печи, готовя обед, а папа что-то мастерил в углу. В воздухе витал аромат свежей выпечки.
Даи, как всегда, была полна энергии. Она рассказывала мне о правилах игры, которую только что придумала, сопровождая свою речь энергичными жестами.
Я с улыбкой наблюдала за сестрой.
«Не пройдёт и часа, как у неё уже появится новая идея», — весело подумала я.
Даи поправила светлые волосы и чёлку, которая падала ей на лоб, и я повторила её движение. Мы всегда старались быть похожими друг на друга, как две капли воды.
Сестра всё говорила и говорила, а я рассеянно кивала, любуясь тем, как красиво солнечные лучи играют в её светлых волосах. Вдруг что-то изменилось — не в её рассказе...
Тени стали гуще, и я заметила, как на полу, у самых ставней, появилась тёмная клякса.
Сначала она было едва заметна — тёмное марево, сочившееся из-под ставней. Но с каждой секундой клякса становилась гуще, плотнее.
Чёрная субстанция медленно поползла по полу, извиваясь, словно живое существо, ища лазейки между половицами.
Оно осторожно огибало ножки стола, подбираясь к нашим ногам.
Глаза Даи были широко раскрыты от ужаса, но нас словно парализовало, и мы не могли пошевелиться.
Марево продолжало заполнять пространство кухни, поднимаясь всё выше и выше. Контуры предметов постепенно растворялись в этой тьме, а фигуры родителей становились всё более прозрачными.
«Почему они ничего не видят?» — билась в голове мысль.
И тут раздался крик...
Я проснулась от собственного вздоха, чувствуя, как холодный пот стекает по вискам.
Снежные быки размеренно топали по заснеженной дороге... Холод пробирался под потёртые шкуры, а за бычьим пузырём, служившим окном, тянулся однообразный пейзаж — голые деревья, укутанные снегом, и серое небо, похожее на старую ткань...
— Дни, кажется, становятся всё холоднее, — тихо сказала я, нарушая гнетущую тишину.
Мне хотелось поговорить хоть с кем-нибудь, но слуга, укутавшись в свой плащ, дремал или делал вид, что спит.
Невыносимо тянулись минуты. Голод скручивал живот, а потребность в остановке становилась всё более настоятельной.
С надеждой я приоткрыла узкую щель окна, пытаясь разглядеть хоть что-то, но за ней по-прежнему виднелась лишь бесконечная вереница древесных стволов и падающих снежинок.
Изредка слышались раскатистые возгласы возницы “ГРОР!”, и огромные быки мерно переставляли ноги, сотрясая землю тяжёлыми шагами...
Внезапно повозка остановилась. Тишину разорвали хриплые рычания и хруст снега. Потом со всех сторон понеслись крики людей, рев быков и одиночные щелчки арбалетов.
Я вновь прильнула к щели в окне и увидела их — тех самых существ, которые напали на нас с Даи.
Их костлявые тела, напоминающие ожившие полуразложившиеся скелеты, выползали из сугробов, издавая нечленораздельные звуки.
Жёлтые глаза горели хищной жаждой, длинные клыки щёлкали, а дырявые носы вынюхивали добычу.
Моё сердце замерло от ужаса. Я вжалась в стенку повозки.
Слуга, сидевший рядом со мной, зашевелился и тоже приоткрыл щель, внимательно вглядываясь в рассветный полумрак.
— Черная магия, — коротко сказал он.
Магия?
— Эти существа? — уточнила я, не совсем понимая.
Слуга не стал объяснять.
Он достал из кармана костяные бусы, на которых были начертаны руны. Его пальцы слегка дрожали.
— Сейчас ты всё увидишь, — сказал он хрипло. — Тёмные врата открылись, и владыка хаоса вернулся в мир. Но мы — его верные слуги, и тьма станет нашей защитой.