Короче, суп из фазана мы так и не поели.
А вскоре после спокойного подразделения заехала какая то банда головорезов.
Стрелять стали не только у нас, а в целом по всей линии фронта, на политической арене разыгрывались карты «Зеленский или Порошенко». Под эту битву говна с мочой украинские военные старались наносить нам максимальные потери.
Финал
Допустим, мы останемся в живых; но будем ли мы жить?
На часах пять утра, на улице уже красивый рассвет, чёрный кот греется на подоконнике. Месяц был весьма тяжёлый, и мне посчастливилось выбраться в единственный выходной.
Но всю эту идиллию нарушил свист снарядов. До того как открыл глаза, решил по звуку определить, входящие это или исходящие. По дребезжанию стекол в деревянной раме быстро стало понятно, что это входящие.
Батарея ВСУ пыталась накрыть телевышку, которая находилась примерно в 800 метрах от моего дома.
Во дворах уже толпились люди, налёты ствольной артиллерии для Донецка стали редкостью в то время, и люди уже отвыкли, просто стояли, разинув рты. Мигом накинув на себя бронежилет, я бегом отправился на базу, которая находилась всего в двух километрах, и успел вовремя. Из ворот уже выезжал наш «Урал».
Рак и Спец затянули меня в кузов, и мы отправились в путь.
Автомат мой, конечно же, впопыхах никто не взял.
– В бою добудешь! – прокричал Рак под громкий гул двигателя нашей уходящей к линии фронта машины и протянул мне пистолет.
– Это чтобы он застрелился, если что? – шутливо спросил Спец.
– Только патрон не досылай без надобности, а то будешь потом с историей, как у меня, – сказал наш командир.
Налёт артиллерии к этому времени стих, в «Урале» было привычное спокойствие, в воздухе витал аромат табачного дыма.
Ехали мы на усиление. Рак и Спец поехали дальше, на основные позиции, меня оставили на терриконе, который до этого утром также обстреляли, только из 120-х минометов, легко ранив одного из наших. За оставшийся день не произошло каких-то эпохальных событий, но зато на следующее утро со стороны противника раздался мощный взрыв, который слышал весь город.
Погода была ясной, на небе ни единого облачка. Спустя минут 40 в воздухе послышался мощный гул.
Он был весьма странным и нетипичным, здесь была бесполётная зона, а авиации в армии ДНР точно не было, флотилия была (из трёх яхт со шлю… со шлюпками в Новоазовске), а авиации нет.
На горизонте со стороны солнца приближалась чёрная точка.
Протёр глаза, достал пистолет.
Нет, мне не кажется – прямо на нас шёл транспортный вертолёт Ми–8 с двумя полосами.
Я отчётливо разглядел красный крест на фюзеляже машины. Дослав всё-таки патрон в патронник и стоя во весь рост, я думал: попробовать почувствовать себя капитаном Джоном Миллером из фильма «Спасение рядового Райана» или не стоит? Конкретно в той финальной сцене, где на арену выезжает «Тигр» и капитан стреляет в него из пистолета.
Если бы я только знал, что вскоре произойдёт, то стрелял бы, не задумываясь. Да хоть камни бы в него кидал, лишь бы приземлить эту металлическую гадину… Но люди не могут видеть будущее.
Вертолёт медленно прошёл в сторону Донецка. Экипаж, видимо, понял свою ошибку и, совершив резкий маневр, поменял курс, быстро удалившись в горизонт.
Рокот стих, и всё вернулось на свои места, как будто бы ничего и не было.
Вспомнив о том, что на терриконе есть расчёт ПЗРК, я решил их навестить.
Оказывается, на прошлой неделе к ним приезжала проверка из штаба.
Которую не устроило качество ПЗРК – они были обшарпанные и потрёпанные – жизнью.
Получив указание немедленно покрасить свои «Иглы», расчёт принялся стараться, да так упорно, что закрасил датчики наведения на цель. И поэтому они не могли навестись на вертолёт.
Сказав на прощанье своим коллегам, что они дебилы и что теперь их заставят перекрасить террикон в хохлому, я пошёл к себе.
Вечером, после нескольких часов напряжённого изучения линии обороны противника через тяжёлый бинокль, я наконец решил сделать передышку. Горло пересохло, и я отправился к соседям за кипятком, мечтая о долгожданной кружке горячего чая.
Возвращаясь к своему скромному наблюдательному пункту и предвкушая тепло напитка, я был абсолютно не готов к тому, что произошло дальше. Едва я начал поворачивать за угол, где располагался вход, как всё вокруг словно замедлилось. По проходу с грохотом и треском полетели мой спальный мешок, провиант и рюкзак, смешавшись с обломками двери, которая разлетелась вдребезги. Меня ударило взрывной волной и отбросило к брустверу.