— А потом у нас родите, – сказала женщина-врач, осматривающая Софию.
— Я подумаю.
— Подумайте, голубушка. То, что вы иногородняя, роли не играет, в советском союзе медицинская помощь для всех, особенно для беременных.
— Хорошо.
— А как ваш молодой человек?
София вдруг вспомнила про Олега. Ведь это по его вине она оказалась здесь. Что теперь будет с ними дальше? София не знала и не могла уже об этом думать. Сейчас для нее главным было сохранить ребенка, бережно выносить его, родить, а об отношениях с Олегом Софии думать сейчас хотелось менее всего.
— Девушка, вы меня слышите?
София вышла из своего кратковременного транса.
— Да-да, он очень рад, конечно.
В больнице ей выдали справку для института и теперь София понимала, что скрыть беременность не получится. А раз так, то нужно быть счастливой мамой, несмотря ни на что.
София вернулась в общежитие, Инга была в комнате. Когда Инга увидела Софию, то искренне обрадовалась ее появлению, бросилась к ней, чтобы обнять и узнать о здоровье, но София остановила ее, выставив руку вперед. Инга все поняла, но все же спросила о здоровье.
— Спасибо, твоими стараниями, – тихо ответила София и легла в кровать.
Сейчас София меньше всего хотела что-либо и с кем-либо обсуждать, тем более с Ингой. Она и видеть ее не могла, потому отвернулась лицом к стенке.
— Значит, ты все знаешь. Так даже лучше.
Инга села на свою кровать и продолжала говорить, София закрывала уши подушкой, но все равно слышала бывшую подругу.
— …Я ведь его сразу полюбила, как только увидела. Но он выбрал тебя. Ты и не представляла, что я чувствовала. Куда там – на седьмом небе от счастья парила. Пусть так. Но я не смирилась и в глубине души надеялась, что он наиграется с тобой да бросит. Про ребенка никто не ожидал. Наверное, если бы не твоя беременность, вы бы еще счастливые за руку ходили до утра по ночной Москве да прятались по углам в его спальне, ожидая прихода предков.
София вздрогнула, она поняла, что Олег, видимо, что-то Инге рассказывал об отношениях с ней.
— Давно? – задала София только один вопрос своей бывшей подруге.
— Что давно?.. А нет, когда ты уехала к родителям в Санкт- Петербург свой. Тогда все и случилось. Олег был расстроен, я его утешила, приворожила, если хочешь.
— Не хочу. Мне это уже вовсе не интересно.
— Прекрасно.
Инга замолчала. Только спустя некоторое время, она сказала Софии, когда та повернулась на спину и было видно, что та не спит:
— Тебе лучше уехать. Переведись в другой вуз, или я не знаю… Лучше к себе домой возвращайся, здесь тебе уже не рады. Про Олега забудь. Не твой он больше.
София ничего не ответила, только слезы одна за другой медленно скатывались по ее щеке. Несмотря на всю эгоистичность, предложение бывшей подруги София расценила как вполне разумное. Здесь, в этом институте, в этом городе, она нашла свою любовь, но и сразу потеряла ее, потом потеряла лучшую подругу, и нельзя допустить, чтобы следующим, кого она потеряет, будет ее ребенок. Однако София не из робкого десятка и не бежит от первых же трудностей. Вернуться домой она не могла, ведь родители не знали о ее положении, а что ей было сказать им теперь? Что она всех потеряла? Что осталась одна с ребенком? Что у нее еще даже нет образования, нет работы, а значит, содержание ребенка ляжет на плечи родителей. Вот они обрадуются такому счастью! Они огорчатся, что их дочь так глупо начала свою взрослую жизнь, а им выпало нести груз ее бед. Этого допустить София Михалева точно не могла, а значит, возвращение в родной Санкт-Петербург точно откладывалось на неопределенный срок.
После разрыва отношений с Олегом в частности и всей истории с любовным треугольником в целом София несколько упала духом, стала хуже учиться. Год закончила посредственно. Ее оценки могли быть еще хуже, но некоторые преподаватели пошли ей навстречу из-за ее положения, отнеслись снисходительно. По завершении летней сессии, срок беременности был уже семь месяцев (а точнее, двадцать девять недель). София точно знала пол своего будущего ребенка: вне всяких сомнений это была девочка, также ей поставили срок родить в конеце августа – начале сентября. Беременность протекала хорошо, и София пребывала в трепетном ожидании рождения маленького чуда. Летом София приняла решение остаться в Москве, родителям она объяснила это факультативной сессией по первой медицинской помощи. На самом деле, София не хотела прежде времени рассказывать о своей беременности. Она планировала, что приедет в Санкт-Петербург уже с ребенком на время декретного отпуска; прекращать обучение в институте София не собиралась.