— Что с вами?
— Виски сдавило, – еле выдавила из себя Инга, головная боль тоже усилилась, и она вновь застонала.
— Вам надо прилечь, давайте аккуратно, я помогу вам, потом позову врача. Уже утро и скоро должен начаться обход.
Вдруг Инга вспомнила, что ехала в поезде, а очнулась здесь, в какой-то палате. Она не понимала, как долго была без сознания, но главное ей было знать, где она находится. Неужели в Ижевске?
— Где я? – натужным тоном спросила Инга.
— Вы в районной больнице города Гусь-Хрустальный Владимирской области. Вас доставили по скорой помощи.
Удивление Инги на миг победило головную боль и она перестала морщится, но потом боль вернулась с новой силой.
— А-а! – вновь застонала она. — Не могу!
Инге нужны были обезболивающие, но ни она, ни медсестра еще не понимали, что у нее за болезнь, а доктор еще не осматривал новую пациентку.
Медсестра с содроганием сердца смотрела на Ингу, но не понимала причины ее сильной головной боли.
— Вас не тошнит? Голова не кружится?
— А-а, нет! Молчите! Все молчите!
Инга вновь обхватила голову руками, потом накрыла себя подушкой. Медсестра вышла из палаты, а перед выходом обменялась взглядом со старушкой.
Инга не понимала, что с ней происходит, боль физическая временно заглушила боль душевную, но она постепенно вспоминала события прошедшей ночи и главную причину своего побега от мужа – его возможную измену. Она не была уверена в этом абсолютно, но ту сцену, которую она увидела, она хотела забыть. Головная боль, которая, казалось бы, должна была спасти ее от горьких воспоминаний, лишь усиливала их. Вспомнив ту сцену мужа и незнакомой девушки, Инга уже не могла ее забыть.
Теперь к боли физической добавилась и боль душевная. Инга хотела сбежать, но не могла. Даже, находясь здесь, в каком-то Гусе, она все равно видела перед глазами, когда закрывала их, своего мужа и его молодую пациентку, а потом видела себя в их квартире – униженную, слабую, почти убитую.
Вскоре пришел доктор вместе с медсестрой, той же самой, которая была в этой палате десять минут назад. Осмотрев Ингу, доктор попросил ее несколько минут полежать спокойно и дать возможность медсестре взять кровь на анализ, после чего попросил медсестру поставить Инге укол обезболивающего. Медсестра Виктория все сделала, потом сказала Инге, что обязательно будет приходить проведать ее, не оставит надолго, а также сказала, что бдительная Любовь Игнатьевна тоже здесь и позовет врача, если будет нужно.
— Хорошо, – вымолвила Инга.
— Чуть позже я зайду к вам и мы продолжим, – сказал доктор, потом уделил время Любови Игнатьевне, у которой был перелом ноги, и несколько недель ей было показано находиться в больнице под присмотром лечащего врача.
Инга лежала на спине, устремив взгляд в потолок. Лампа была выключена или перегорела. Инге было все равно. Она не думала об этом. Она думала об Олеге и о своей любви к нему, задавалась также вопросом, любит ли он ее и почему он с ней так поступил, или это была случайность, и она все неправильно поняла. Головная боль постепенно утихала, но душевная боль лишь слегка притупилась, но уходить не собиралась. Слезы уже давно закончились или же решили оставаться в душе, топить ее в соленом озере горя.
Сил рыдать у Инги уже не было, и она постепенно начинала анализировать происходящее с ней. Она ехала в поезде и, вероятно, уснула. Но что произошло потом? Почему она оказалась здесь? Медсестра сказала, что ее привезли «по скорой». Значит, она была без сознания, иначе бы проснулась. Голова! Инга вдруг вспомнила, что обнаружила на голове повязку, и потрогала ее еще раз, как следует ощупала, потом слегка приспустила ее и ощупала голову рукой. Она обнаружила застывающую рану, а теперь, когда Инга задела ее пальцами руки, рана вновь стала кровоточить. Инга испугалась и вернула повязку на место. Она вдруг подумала, что могла упасть с верхней полки и удариться головой. Вероятно, так и было. Значит, у нее просто ушиб головы и, возможно, легкое сотрясение. Вот почему медсестра спрашивала, не кружится ли у нее голова, не тошнит ли. Инга решила все проверить сама. Она вновь привстала на кровати, спустив ноги на пол. Она все еще чувствовала слабость, но собралась с силами и встала, держась за спинку кровати – та заскрипела. Голова у Инги уже почти не болела и пронзительный скрип не сильно ударил по ней, что Инга смогла встать – у нее сразу закружилась голова, и Озерова, едва не упав, обратно приземлилась на кровать.