— Помнишь, что я однажды сказал тебе? Важно не то, что будет хорошо для тебя, но что будет хорошо для Маши.
— Помню, – более сдержанным тоном ответил Кирилл.
— А помнишь, что тогда же я сказал тебе, что не нужно быть как буриданов осел.
На лицах отца и сына мелькнула улыбка, воспоминание об этом рассказе пролетело в голове Кирилла, оставив свой след.
— Помню.
— Мы уже начали ей помогать. Определили в специальный коррекционный центр. Мы выбрали свой стог сена. Мы не знаем, правильно ли мы поступили, и не должны каждую секунду поднимать этот вопрос, иначе поддадимся панике, и тогда все старания наши действительно будут напрасными да еще при неопределенном результате.
— А если?..
— Кирилл! – вмешалась его мама. – Отец же сказал. Мы уже сделали выбор, и его нужно принять достойно, стоически!
Теперь и Ольга Александровна уже не сомневалась в том, что не следует отступать, тем более, когда пройден уже весьма значительный путь.
Нестерова Елена Викторовна встретилась со своим бывшим учеником Романовским Дмитрием Александровичем. Эта встреча произошла на следующий день после того, как Павел Николаевич позвонил ей и сказал, какое решение они приняли относительно эксперимента с камерой сенсорной депривации для Маши. Павел Николаевич сказал ей так:
— Елена Викторовна, мы все вам очень доверяем! И мы так же, как я вам и обещал, принимая решение на семейном совете, исходили из того, что будет лучше для Маши по нашему мнению. Быть может, оно не является истинным, но кто из нас знает правду? Если сама Маша не будет возражать против такого эксперимента и у нее не будет ни капли сомнения в том, что ей эта процедура поможет, мы, со своей стороны, не будем возражать. Однако мы хотим, чтобы кто-нибудь из нас, у кого получится в назначенный час, присутсвовал бы рядом с вами и Машей на этом для нас очень странном эксперименте.
— Очень хорошо, Павел Николаевич. Вы абсолютно правы в своих суждениях. Буду откровенной, этот эксперимент в каком-то смысле – последняя надежда на быстрое восстановление памяти и зрения Маши. Если этот эксперимент пройдет неудачно, мы более не будем ничем нагружать девочку, кроме стандартных коррекционных методик, которые позволят ей привыкнуть к новой себе, научиться жить заново – здесь тогда и ваша роль будет не последней. Поверьте, у меня, как у женщины, не знаю, корректно ли такое сравнение, сердце болит каждый раз, когда мы подвергаем Машу сонной терапии. Поэтому мне, как и вам, наверное, хочется скорейшего полного излечения Маши. И я искренне верю в то, что данный эксперимент, если не вернет Маше память сразу, то значительно нас к этому приблизит, а значит, и зрение к ней будет тоже быстро возвращаться, буквально в считанные месяцы или даже недели.
— Хорошо, Елена Викторовна, не будем думать о плохом, наоборот, все сейчас должны настроиться только на то, что данная терапия поможет Маше.
После этого разговора Нестерова немедленно связалась с Романовским и договорилась с ним о встрече. Дмитрий Александрович пригласил своего бывшего педагога к себе в институт – Всероссийский научно-исследовательский институт проблем мозга, сна и памяти. К приходу Нестеровой Дмитрий Александрович подготовил ей разовый однодневный пропуск. Они разговаривали в его кабинете: так им никто не смог бы помешать.
Нестерова сначала вкратце рассказала своему коллеге историю Маши, но Романовский попросил ее рассказать больше подробностей, и тогда Елена Викторовна рассказала историю болезни Маши полностью, а также и алгоритм методик, который они в коррекционном центре используют, чтобы восстановить девочке зрение и память.
— Очень необычный случай? – задумался Дмитрий. — Однако, вовсе не безнадежный. А какой у вас план использования камеры сенсорной депривации? Дело только в практически полном подавлении сенсоров тела?
— Да, – ответила Нестерова, глубоко вздохнув.
— Плохо… Нет, не подумайте, что я не верю в излечение Маши или не хочу пробовать этот эксперимент, просто нам следовало бы понять, что мы хотим наблюдать, как мне кажется.
— Дмитрий Александрович, как нам это можно понять? Есть какие-нибудь идеи? Если известны подобные случаи таких пациентов и можно было бы их сравнить, то…