Горин Виктор Михайлович уже более десяти лет работал в следственном комитете при прокуратуре города Москвы и за свое время работы не однократно сталкивался с подобными ситуациями, однако до этого момента они не носили столь большого общественного резонанса, который получился сейчас.
Сейчас это было связано со способом общественного оповещения произошедшего события. Люди активно обсуждали это событие, а родители покойной Анастасии всего лишь хотели справедливости и покоя. Когда колесо правосудия закрутилось, то спокойных дней у них уже не было, и они сожалели, что написали заявление, с учетом того, что до них дошла информация о событиях в жизни Олега Барского, который, получалось, уже получил свое наказание, а потому следует остановить этот процесс. Следователь объяснил родителям их покойной дочери, что, если бы данное дело не имело обширного общественного освещения на всю страну, то и внимания со стороны государства в лице определенных надзорных органов не было бы. Поэтому сейчас о прекращении дела не могло быть и речи, вне зависимоти от их желания забрать заявление.
Самого Олега его собственная будущая судьба не особенно интересовала. Он не задумывался о том, что будет с ним завтра, где он будет и будет ли жив – со смертью Инги будто умерла и его душа.
Олег приходил на кладбище на могилу Инги почти каждый день, но в этот раз пришел в последний раз. На завтра был назначен суд, и Олег не знал, когда у него будет возможность прийти на могилу еще раз. Он пришел не с пустыми руками. Он принес огромный букет алых роз – тридцать пять роз по числу лет, бутылку любимого красного вина Инги, два бокала и блокнот с ручкой. Олег наполнил один бокал и поставил его у изголовья памятника, потом наполнил второй бокал и сделал глоток. Цветы стояли в вазе с водой также у изголовья памятника. Выпив еще один бокал без закуски, Олег принялся писать Инге прощальное письмо, как однажды прощальное письмо написала ему она. Только в этот раз будто роли поменялись. Он писал: «Эй, возлюбленная! Эй, мое сокровище, хранимое в сердце! Где же ты, мой ангел бескрылый, улетающий в небо? Возьми меня с собой в этот удивительный полет. Без твоей любви сердце мое стонет, и крик его вырывается наружу в громком безмолвии моей души! О птицы! Возьмите меня с собою в небо и принесите к возлюбленной, лишь рядом с ней одной мое исцеление и мое успокоение! Эй, любимая! Не печалься, не тоскуй! Знай, я прилечу к тебе, как только снова вырастут крылья!.. Я уже лечу, птицы несут меня! Твоя любовь окрыляет меня! Моя любовь, мой ангел, мой свет в ночи, в моем сердце ты никогда не погаснешь, и никому не затушить пламени твоей любви! Нам суждено было быть вместе на этой грешной земле, и на небесах мы тоже будем вместе! Я вижу это своим сердцем, любимая! Подожди немного! Не печалься и не тоскуй! Я иду к тебе, любовь моя, моя Инга, лучик солнца моего, часть души моей, вся душа моя! Скоро мы снова будем вместе, и тогда уже никому не разлучить нас! Мы воссоединимся, подобно тому, как воссоединяются свет и дождь, образуя радугу на небе, – так и наш с тобой союз образует своеобразную радугу в нашем с тобой общем небе!»
Олег закончил свое прощальное письмо к любимой, свернул его и положил в маленькую коробку из-под обручального кольца Инги, прикопал у изголовья памятника, после чего ушел. У него было еще одно важное дело. Равно как он не мог уйти, не написав этого письма Инге, чтобы она ждала его, также не мог уйти, не увидев свою дочку, своего единственного ребенка, которого считал погибшим все эти долгие годы.
Барский созвонился с Михалевой и попросил о встрече с дочерью. София пригласила его к себе на квартиру вечером, когда уже Анна-Мария будет дома. Олег не знал, что любят дети возраста Маши, поэтому вдруг вспомнил одну историю, которую ему рассказывала София еще в студенческие годы про отца-моряка и любимую книгу «Алые паруса» Александра Грина.
Олег свой подарок подготовил заранее. Он заказал сборный макет брига с алой тканью для парусов и за несколько дней сам собрал его. Его подарок был как для дочери, так и для Софии.
София приготовила ужин, сделала прическу и макияж, Анна-Мария надела свое любимое платье. Михалева была рада звонку Олега и надеялась, что он теперь захочет быть рядом с дочерью, однако не спешила с выводами, потому Маше не говорила, что Олег – ее отец. Девочка спрашивала про отца, но София лишь говорила, что придет время и они обязательно встретятся.