— У меня его никто не найдет!
Гриша нашел Софию после уроков на школьном дворе, она бродила туда-сюда без всякого дела, будто брошенный щенок, и Воронцов не медлил, а был полон решимости помочь подруге. Он, хотя и гулял с Нинкой, сердцем смотрел в сторону Софии.
— Надо придумать, как тайно вынести его из дома. У нас есть сумка, в которой мы тогда переносили его к ветеринару.
— Твоя мама когда возвращается с работы?
София огляделась, пыталась сообразить, сколько сейчас было времени. Гриша выручил ее и в этом вопросе. У него были наручные часы, которые ему подарил отец на день рождения.
— Скорее, через час мама вернется!
София и Гриша побежали к Соне домой. София попросила Гришу подождать в подъезде, чтобы не напугать Дымка. Она сама смогла его уговорить войти в сумку, потом вышла к Грише, забыв закрыть за собой квартиру.
Была пятница, многие раньше возвращались с работы, но София с Гришей успели покинуть двор и не встретить никого из соседей. София не стала брать с собой лоток и предупредила Гришу, что нужно купить лоток, но Воронцов успокоил подругу, сказав, что он уже предусмотрел этот вариант.
— А откуда ты знал?
— Это ты по сторонам не смотришь, а я все вижу! Давай, скорее!
Подростки забежали в подъезд. Гриша уже предупредил родителей, что на пару дней возьмет котенка, пока София с родителями уедут на дачу.
— Спасибо тебе, Гришка! – София обняла друга. — Ты настоящий друг! И как ты все придумал?
Гришу и Софию переполняли эмоции. Если бы Гриша мог, он так сильно бы обнял Софию, что, вероятнее всего, сдавил бы ей грудь и сердце. Удивительно, но и София испытывала сейчас тоже самое, что и Гриша. Они все же обнялись, но сердца в груди друг друга не сдавили.
Когда София вернулась домой, ее матушка была дома, Антонина Николаевна была вся на нервах, проверяла вещи. Когда она пришла и увидела, что дверь слегка приоткрыта, то первое, что подумала: в квартиру пробрались воры, а София уже могла вернуться из школы. Ее беспокойство за дочку переполнило ее сердечную чашу. София вернулась, и Антонина Николаевна сразу бросилась к дочке, обнимала ее, целовала. Только потом София поняла, что, вероятно, что-то случилось. София и не знала, что оставила дверь незакрытой. Мама ей сказала, и София сразу сообразила, как можно спасти Дымка. София стала по всей квартире искать своего кота, звать его, но его нигде не было. Тогда она со слезами бросилась к маме, Антонина Николаевна стала успокаивать дочь, сказала, что он обязательно найдется.
— Я пойду его искать!
— Мы вместе будем его искать и объявление дадим! Ты же нашла его на улице, может, кто другой тоже найдет!
Только Даше и могла во всем признаться София, когда ее старшая сестра вернулась поздно вечером домой. София не спала, ждала сестру.
— Мама сказала, что Дымок сбежал, – начала Даша и уже хотела успокаивать сестру, но София улыбалась, тогда Дарья спросила. — Что такое? Мама и я чего-то не знаем?
София, приложив указательный палец к губам, прошептала:
— Тс-с!
Даша нахмурилась.
— А ну-ка, рассказывай!
София рассказала, как Гриша помог ей спасти Дымка.
— А через пару дней, когда эти его прежние хозяева поймут, что их котик снова потерялся, я вдруг его найду, и уже больше никто его у меня не заберет!
— Ну ты и авантюристка! – Даша развела руками, но оценила поступок младшей сестры. — А твоему Грише можно доверять? Он Дымка не обидит?
— Он сказал, что все понимает и заранее уже все подготовил, родителям он объяснил, будто мы уехали на дачу, а котика не с кем оставить.
— Твой Гришка – голова! Он бы мне точно понравился!
— У тебя Юра есть! Кстати, он так и не признался, как послезавтра проведет тебя на «Алые паруса», которых нет?
— Держит интригу.
— Так, сестра! Мы еще не дочитали книгу!
София отыскала «Алые Паруса» и продолжила чтение:
— …Ассоль никогда не бывала так глубоко в лесу, как теперь. Ей, поглощенной нетерпеливым желанием поймать игрушку, не смотрелось по сторонам; возле берега, где она суетилась, было довольно препятствий, занимавших внимание. Мшистые стволы упавших деревьев, ямы, высокий папоротник, шиповник, жасмин и орешник мешали ей на каждом шагу; одолевая их, она постепенно теряла силы, останавливаясь все чаще и чаще, чтобы передохнуть или смахнуть с лица липкую паутину. Когда потянулись, в более широких местах осоковые и тростниковые заросли, Ассоль совсем было потеряла из вида алое сверкание парусов, но, обежав излучину течения, снова увидела их, степенно и неуклонно бегущих прочь. Раз она оглянулась, и лесная громада с ее пестротой, переходящей от дымных столбов света в листве к темным расселинам дремучего сумрака глубоко поразила девочку. На мгновение оробев, она вспомнила вновь об игрушке и, несколько раз выпустив глубокое «ф-фу-у-у», побежала изо всех сил.