Ульяна на миг испугалась действий Олега, но страх за себя прошел быстро, однако его сменил страх за Олега. Этот самоуверенный мальчишка нравился Ульяне, причем как внешне, так и внутренне. Всю сессию игр за прошедшие две недели ей нравилось соперничать с мальчишками, особенно периодически утирая нос Олегу, а сегодня Ульяна была особенно в ударе. Однако, этот его эмоциональный выпад она прочитала правильно – это был крик души, зов о помощи. Сердце Ульяны налилось кровью, она смотрела Олегу вслед, и вся ярость выходила с каждым ее выдохом и с каждой новой каплей пота. К концу перерыва от ярости Ульяны не осталось и следа.
Сцену между Олегом и Ульяной краем глаза заметил их учитель, но не стал вмешиваться, просто наблюдал. Сначала ему показалось, что капитаны команд так себя ведут из-за игры, но потом он присмотрелся и понял, что дело в юношеской влюбленности, ведь иначе в споре участвовали бы и другие игроки, а так свои отношения выясняли только парень и девушка. Иван Савельевич слегка улыбнулся, после чего решил дать совет юноше. Он подозвал к себе Олега и отошел с ним в сторону.
— Иван Савельевич, простите, я в норме, сейчас все отыграем.
— Уверен?
— Уверен! – сказал, как отрезал, Олег.
— Что же, а я думал ты хочешь победить в другой игре. – слегка улыбаясь, заметил Иван Савельевич и похлопал юношу по плечу. — Ступай.
Олег вновь растерялся. Теперь он не понимал их учителя и тренера. Что он этим хотел сказать, что до этого сделала Ульяна? Что вообще происходит? Олег вернулся на лавку, а до окончания перерыва оставалось лишь пару минут, и ребята набросились на Олега, выпытывая, какое наставление ему дал тренер относительно игры, но Олег молчал. Его взгляд был растерянным, но уже не был подавленным. Ребята просили Олега собраться с мыслями и обещали, что будут прыгать как кенгуру, лишь бы достать до корзины.
— Точно! Как кенгуру!
Олега будто током прошибло. Ведь он в их классе был самым высоким, а лучше всех прыгал Денис, хотя и ростом для баскетбола не вышел. Олег придумал план и со всем энтузиазмом изложил его команде. Полутора минут им хватило, чтобы обсудить основную идею, в остальном ребята полагались на свою интуицию и на удачу.
Начался второй тайм решающего матча. Олег и Ульяна снова лицом к лицу сошлись на центре площадки, готовые к вбрасыванию мяча. Вбрасывание проводил их тренер. Иван Савельевич смотрел на ребят, на их лица. Теперь уже, понимая, что юные сердца бьются, как говорят, в унисон, оценивал их уже не только как игроков, но и как влюбленную пару. Во взгляде Олега, как говорят в подобных случаях, появился нездоровый блеск в глазах, а взгляд Ульяны выражал смирение. Внутренне она приняла поражение для себя и своей команды. Она понимала, что девчонки вряд ли поймут ее и простят, а потому и ответственность за предстоящий проигрыш приняла лишь на себя одну. Мячом завладел Олег, передал пас соседу, после чего пробежал вперед, на позицию. Вскоре мяч оказался в руках Дениса – ему отдали пас назад. Девчонки не ожидали, что невысокого роста мальчик сможет прыгнуть высоко и бросить далеко, но он это сделал, да еще точным попаданием в руки Олега, который с трехочковой линии моментально забросил мяч в кольцо, имея также преимущество в росте перед девчонками. Такой трюк они провели еще несколько раз, но и без него им удавалось набирать очки, в том числе с двух очковых линий. Ульяна бегала плохо, практически весь второй тайм ходила пешком, девчонки отвлекались на нее, пытаясь расшевелить, тем самым давая преимущество ребятам. В итоге матч завершился победой «синих» со счетом 36 : 32. Что же, счет был примерно равным. Первый тайм вели девчонки, но сдали свои позиции во втором тайме, уступив ребятам. Вернее сказать, это за них решила так сделать Ульяна. Девчонки поняли, что их лидер предала команду, но не знали причины такого предательства. Кто-то полагал, что это из-за нападения в раздевалке, но были и те, кто просто посчитал Ульяну коварной, обвинив ее в сговоре с Олегом, ведь все видели, как в перерыве у капитанов вышла короткая беседа.
После такого позорного поражения весь авторитет Ульяны, который бал заработан ею в течение прошлых лет, растаял, будто это весенний снег. Громова вновь стала тихой и незаметной девочкой, просила родителей перевести ее в другую школу, но они были против, полагая, что нельзя бежать от трудностей, ведь это все равно, что бежать от самой себя, что трудности следует преодолевать. Мать и отец хотели помочь дочери советом, но она не рассказывала всего, что с ней произошло за это время, а то, что они знали (общую информацию, в том числе про баскетбольный матч), явно не тянуло на глобальную проблему, создавшую вакуум в ее душе. Однако ближе к окончанию учебного года (а это был девятый класс) отцу Ульяны, Громову Эдуарду Викентьевичу, предложили работу в Санкт-Петербурге. В семье Громовых жизненные обстоятельства складывались таким образом, что данный переезд был решением многих проблем, как финансовых, так и социальных, в особенности для их дочери Ульяны.