Нужно быть быть предельно осторожной. Нельзя доверять ему, даже когда он смотрел на меня своими невероятными глазами. Я должна выяснить, чего он на самом деле хотел. Найти ответы на свои вопросы до Сочельника. Иначе возвращение домой могло обернуться не триумфом, а провалом, который способен погубить не только меня, но и мой мир.
Мы сидели на поваленном дереве, укутанные в теплые плащи, и болтали. Вернее, болтал Эд, а я слушала, стараясь поймать себя на мысли, что чувствую. Сегодня мы как никогда сблизились. Он решил рассказать мне о своем детстве.
– Ты не представляешь, как это скучно – расти во дворце, – вздохнул принц, глядя куда-то вдаль, сквозь заснеженные ветви. – Каждый шаг, каждый жест, каждое слово – всё под контролем. Этикет, манеры, бесконечные уроки истории и политики… Я мечтал сбежать от всего этого, вырваться на свободу.
— Да, невесело, особенно подростку, – согласилась я.
Слушала, и в его словах чувствовалась искренняя тоска.
– Меня учили, как правильно держать вилку, как вести беседу с королями и танцевать менуэт, – продолжал он с легкой усмешкой. – Но никто не научил, как быть счастливым. Как просто бегать по траве босиком или смотреть на звезды, не думая о государственных делах.
– И ты сбегал? – спросила я, подавив зевок. Разговоры с принцами утомляли не меньше, чем книжные полки. Но мне действительно было интересно.
– О да, часто, – улыбнулся он, и в его глазах вспыхнули озорные искорки. – Переодевался в простолюдина и отправлялся в город. Там, среди обычных людей, чувствовал себя настоящим. Свободным.
Он рассказал, как забирался на крыши, как играл с уличными мальчишками, как однажды чуть не попал в тюрьму за участие в какой-то драке. Я слушала и невольно улыбалась. Он был совсем другим, когда говорил о своем детстве. Более живым и настоящим.
– А у тебя какое было детство? – вдруг спросил Эд, повернувшись ко мне.
Я на секунду задумалась. Мое детство было совсем иным. Никаких дворцов, никаких этикетов, никаких уроков истории. Нет, уроки были, в школе. Но ведь это другое… Только старенькая квартирка, бабушка, родители, которых рано не стало, вслед за ними ушла и ба... и запах пирогов, и горы книг.
– Обычное, – ответила, пожав плечами. – Ходила в школу, читала книжки, гуляла с друзьями. Ничего особенного.
– Не верю, – улыбнулся принц. – У тебя наверняка были какие-то секреты, приключения.
Я вздохнула и решила рассказать ему правду.
– Хорошо, – призналась. – Однажды я сбежала из дома, чтобы увидеть море. Мне было лет тринадцать, наверное. Прочитала в книге и решила, что тоже должна увидеть эту красоту.
– И что? – с любопытством спросил он. – Получилось?
– Да, – улыбнулась я. – Добралась до него на попутках. Это было самое красивое место, которое я когда-либо видела. Стояла на берегу и смотрела на волны, и мне казалось, что могу летать.
– Потрясающе, – прошептал Эд, глядя на меня с восхищением.
— Возможно, если учесть, что жили мы не так далеко от моря и что тогда мои родители чуть с ума не сошли от переживаний.
В этот момент я почувствовала что-то странное. Что-то между удивлением и… теплом. Он смотрел на меня так, словно видел не просто девушку из другого мира, а кого-то намного более значимого. И от этого взгляда мне стало не по себе.
Почему он так интересовался моей жизнью? Что пытается понять? И почему, когда находился рядом, мое сердце начинало биться быстрее? Эти вопросы крутились в голове, не давая покоя.
На обратном пути к замку, пробираясь сквозь сугробы, я запнулась о корень, торчащий из-под снега. Вскрикнула, инстинктивно потянувшись за опорой. Эд, шедший рядом, молниеносно среагировал, подхватив меня за руку.
На долю секунды наши пальцы соприкоснулись, и… словно ударило током. По коже пробежала волна мурашек, а в животе вспыхнуло что-то теплое и волнующее. Я подняла глаза и встретилась с его взглядом. Эти глаза, такие глубокие и искренние, смотрели на меня с каким-то нежным вниманием.
На мгновение мир словно замер. Дыхание перехватило у обоих. Тишина, нарушаемая лишь завыванием ветра, казалась оглушительной. В этом мимолетном контакте, в коротком обмене взглядами промелькнуло что-то большее, чем просто благодарность и учтивость. Что-то зарождающееся, едва уловимое… что-то, чего я отчаянно боялась.