– Когда наш второй господин услышал слова Цзя Жуна, он очень обрадовался, – продолжал Син-эр. – Но как они все устроили, я не знаю…
– Само собой разумеется! – с иронией произнесла Фын-цзе. – Откуда тебе знать? Тебе достаются одни хлопоты да беспокойства!.. Ладно! Дальше!
– Затем брат Цзя Жун подыскал для второго господина дом… – снова начал Син-эр.
– Где? – перебила его Фын-цзе.
– Позади дворца.
– А-а! – Фын-цзе обернулась к Пин-эр. – Все мы оказались в дураках! Ты только послушай!
Пин-эр промолчала.
– Потом старший господин Цзя Чжэнь дал Чжану не знаю сколько денег, и Чжан не стал мешать, – продолжал Син-эр.
– Что ты приплетаешь какого-то Чжана? – вышла из себя Фын-цзе.
– Вы не знаете, госпожа, – сказал Син-эр. – Эта вторая госпожа…
Тут он спохватился и дал себе пощечину. Это рассмешило Фын-цзе и всех ее служанок.
– Младшая сестра супруги господина Цзя Чжэня… – подумав немного, поправился Син-эр.
– Ну, что дальше? – снова перебила его Фын-цзе. – Говори скорее!
– Младшая сестра супруги господина Цзя Чжэня с детства была помолвлена с Чжаном, – объяснил Син-эр. – Полностью его зовут вроде Чжан Хуа. Сейчас он обеднел настолько, что вынужден жить подаянием. Старший господин Цзя Чжэнь дал ему денег, и он согласился расторгнуть брачный договор…
Фын-цзе кивнула головой и обернулась к служанкам:
– Слышали? Какой мерзавец! А еще говорил, будто ничего не знает!
– После этого наш второй господин велел обставить тот дом и привез жену!
– Откуда? – спросила Фын-цзе;
– Из дома ее матери.
– Так-так! – сказала Фын-цзе. – Кто-либо из родных провожал невесту в дом жениха?
– Почти никто, если не считать брата Цзя Жуна да нескольких старух, – ответил Син-эр.
– А вашей старшей госпожи Ю разве не было? – вновь спросила Фын-цзе.
– Она приезжала через два дня и привезла подарки, – ответил Син-эр.
– Так вот почему второй господин не закрывая рта хвалит ее! – усмехнулась Фын-цзе, глядя на Пин-эр, и затем снова спросила Син-эра: – Кто там прислуживает? Наверное, ты?
Син-эр поспешил отвесить поклон, но ничего не ответил.
– Когда второй господин говорил, что едет по делам во дворец Нинго, он ездил туда? – допытывалась Фын-цзе.
– Иногда у него и вправду бывали дела во дворце Нинго, – сказал Син-эр, – а иногда он просто ездил в новый дом.
– Кто там живет?
– Мать. Младшая сестра недавно покончила с собой.
– Почему? – заинтересовалась Фын-цзе.
Тогда Син-эр рассказал ей об истории с Лю Сян-лянем.
– Лю Сян-ляню повезло! – кивнула головой Фын-цзе. – А то прослыть бы ему рогоносцем!.. И больше ничего не было?
– Ни о чем другом я не знаю, – отвечал Син-эр. – Но в том, что я вам рассказал, каждое слово – правда. Если я хоть немного соврал, убейте меня – я безропотно приму смерть!
Фын-цзе на мгновение задумалась, но вдруг вскинула голову и, тыча пальцем в Син-эра, закричала:
– Такого мерзавца, как ты, на самом деле следовало бы убить! Почему ты до сих пор меня обманывал? Неужто думал, что, обманывая меня, приобретешь расположение своего глупого господина и благосклонность новой госпожи?! Я же знаю, что ты только из страха передо мной не осмеливаешься врать! Ноги тебе стоит переломать за это. Встань!
Син-эр поклонился еще раз, поднялся с колен и вышел в прихожую, но уйти не осмелился.
– Иди сюда! – вдруг позвала его Фын-цзе. – Я хочу еще кое-что тебе сказать!
Син-эр почтительно вытянулся, приготовившись слушать.
– Куда заторопился? – усмехнулась Фын-цзе. – Или новая госпожа тебя ждет, чтобы наградить?
Син-эр молча потупил голову.
– Отныне не смей туда ходить! – приказала Фын-цзе. – Как только я тебя позову, сейчас же будь на месте! Опоздаешь на секунду – берегись!.. Иди!
– Слушаюсь! – несколько раз ответил Син-эр и вышел.
– Син-эр! – снова крикнула вслед ему Фын-цзе.
Син-эр отозвался и бросился обратно в комнату.
– Ты собрался докладывать обо всем своему господину? – спросила Фын-цзе.
– Не посмею!
– Вот так лучше! Если обмолвишься хоть словом о том, что здесь говорилось, береги свою шкуру! – пригрозила Фын-цзе.
Син-эр поспешно поддакнул ей и вышел.
– Где Ван-эр? – спросила Фын-цзе.
Ван-эр тотчас откликнулся и подбежал к ней. Фын-цзе долго и пристально глядела на него и наконец произнесла:
– Ладно, Ван-эр, ладно! Можешь идти! Но смотри, если кому-нибудь проболтаешься, пеняй на себя!
Ван-эр закивал головой и осторожно вышел.
– Налейте мне чаю, – приказала Фын-цзе девочкам-служанкам. Девочки поняли, что Фын-цзе хочет, чтобы они удалились, и мгновенно исчезли. Тогда Фын-цзе спросила Пин-эр: