В этот момент в комнату вошла Бао-цинь, и разговор прекратился. К тому же матушка Цзя вдруг вспомнила о Си-луань и Сы-цзе и приказала передать служанкам из сада:
– Пусть заботятся о них так же, как о наших барышнях. Если я услышу, что кто-нибудь их обижает, накажу!
Женщины поддакнули ей и собрались идти, но Юань-ян окликнула их:
– Погодите, я сама пойду с вами. Разве вас послушают другие служанки?!
Она отправилась в сад и первым долгом пришла в «деревушку Благоухающего риса», но ни Ли Вань, ни госпожи Ю там не оказалось.
– Они у третьей барышни, – ответили на ее расспросы служанки.
Юань-ян отправилась в «зал Светлой бирюзы» и застала всех там. При виде Юань-ян девушки воскликнули:
– Ты зачем здесь в такое время?!
– А разве мне не разрешается погулять?! – возразила Юань-ян и передала им только что состоявшийся разговор с матушкой Цзя. Внимательно выслушав ее, Ли Вань приказала позвать старших служанок и, когда они собрались, велела передать распоряжение матушки Цзя служанкам в саду. Но это уже не столь существенно.
Между тем госпожа Ю с улыбкой говорила:
– Старая госпожа очень заботлива. В этом отношении никто из нас с ней не сравнится!
– Даже эта хитрая, как дьявол, Фын-цзе, которая все время вьется возле бабушки, не отличается такой заботливостью, – заметила Ли Вань. – Что уж говорить о нас!
– Чего упоминать о «фениксах» и «тиграх»! – прервала их Юань-ян. – Мне очень жалко Фын-цзе. За последние годы она восстановила против себя почти всех в доме, зато умеет угодить старой госпоже и госпоже. Трудно ей приходится! Если б она отличалась скромностью и не была слишком изворотливой, свекровь первая сказала бы, что она очень робка, и в доме никто не стал бы ее бояться. Но когда она начинает проявлять изворотливость, то, помогая одному, невольно вредит другому. Сейчас у нас положение осложнилось; все эти новоявленные «госпожи» из низов слишком честолюбивы, сами не знают, чего хотят, и если им что-нибудь не нравится, начинают за глаза чесать языки и молоть всякий вздор. Я никогда не передаю их разговоры старой госпоже, чтобы не сердить ее. Если б я от нее ничего не утаивала, всем пришлось бы пережить немало беспокойных дней! Но, несмотря на присутствие третьей барышни, я скажу вот что: когда они выражают за спиной недовольство тем, что старая госпожа любит Бао-юя, это еще ничего; но когда старая госпожа стала оказывать знаки внимания и тебе, они опять недовольны! Не смешно ли это?!
– Стоит ли обращать на них внимание! – сказала в ответ Тань-чунь. – Лучше жить в простой семье, где все счастливы и довольны, хотя подчас приходится терпеть голод и лишения. Что касается таких семей, как наша, то люди только болтают, будто мы без счета тратим деньги на всякие удовольствия; им и в голову не приходит, что мы испытываем более тяжелые лишения, чем они, но только никогда не жалуемся!
– Ну кто еще так подозрителен и лезет не в свои дела, как третья сестра? – воскликнул Бао-юй. – Я всегда тебя убеждал: не слушай этих толков, не думай обо всех будничных делах, наслаждайся богатством и почестями! Нам нечего сравнивать себя с ничтожными людьми. Им не дано счастья, поэтому остается лишь шуметь и устраивать беспорядки.
– А скажи мне, кто, кроме тебя, может исполнять все свои прихоти и желания и целыми днями предаваться забавам с сестрами? – спросила госпожа Ю. – Проголодался – ешь, утомился – спишь. Ты ничуть не изменишься и через несколько лет и по-прежнему не будешь беспокоиться о будущем.
– Что рассуждать о будущем! – воскликнул Бао-юй. – Буду жить, пока со мной рядом сестры, а потом умру, и всему конец!
– Ну, опять пошли глупости! – засмеялась Ли Вань. – Предположим, ты до самой старости будешь жить здесь – но неужели ты думаешь, что твои сестры не выйдут замуж?
– Глупый ты! – с улыбкой добавила госпожа Ю. – Неудивительно, что тебя называют пустоцветом!
– Наши судьбы предопределить трудно, – заметил на это Бао-юй. – Неизвестно еще, кто останется в живых! Если я умру сегодня, завтра или в будущем году, можно считать, что жизнь моя прошла так, как мне хотелось!
– А это еще более глупо! – перебили его девушки. – С ним нельзя заводить подобных разговоров. Стоит только заговорить, как он начинает болтать вздор либо бредить – совсем как сумасшедший.
– Второй старший брат, – обратилась к нему Си-луань, – не говори о смерти! Когда сестры выйдут замуж, бабушке и матушке твоим станет скучно, они возьмут меня сюда, и я буду возле тебя!