Несмотря на некоторое расстройство и страх, Франки почувствовала волнующее удовольствие от того, что Браден ревнует ее.
– Нет, - ответила она, зарабатывая доверие. - Аларис ничего не видел. Он был в каком-то оцепенении, в дурмане, все это время и пришел в чувство, лишь когда Мерлин позволил ему это.
Браден внезапно вытянулся, схватил ее за руку и сжал ее. Его лицо исказила мучительная гримаса, не связанная с раной на бедре.
– Франческа, - прошептал он, - обещай мне, пожалуйста, что не будешь говорить ни с кем о волшебнике или о чем-либо подобном, лишь со мной.
Она села на край кровати и нежно улыбнулась ему. В эти мгновения Франки была наполнена ощущениями радостного возбуждения и одновременно неясной печали, все это глубоко охватило ее душу. Она любила Сандерлина, и любовь эта была на всю жизнь. Она смахнула вьющиеся локоны ждущих мытья волос со лба.
– Я обещаю, я попробую, но я очень импульсивна и иногда слова слетают с моего языка до того, как я успеваю подумать.
Браден взял ее руку, поднес к своим губам и с заботой и нежностью поцеловал ее.
– Вы с Гилфордом разговаривали об очень странных вещах сегодня, - сказал он после некоторой паузы. - Он всегда отказывается объяснить его странный талант и уверенность. Вы тоже откажетесь?
Осторожно, не касаясь повязки на ноге Брадена, Франки устроила себе место подле него, повернулась лицом к нему.
– Я все расскажу вам, - сказала она. - Но я так боюсь, Браден, так боюсь.
– Почему? - он осторожно играл ее локоном, мягко крутя его на пальце. Нежность шевельнулась где-то в глубине ее сердца. - Я знаю, что есть что-то противоречивое в вас, но обещаю, что буду защищать вас, если придется, от всего на свете.
Франки задела его самые сокровенные струны души. Ей было грустно, почему она не могла встретить этого человека в ее собственное время, где у них могла бы быть такая счастливая совместная жизнь. Здесь они будут вместе всего одну неделю. Она вздохнула, теснее прижалась к нему и начала рассказывать о Сиэттле и других современных городах. Рассказала ему о полете в Нью-Йорк на огромном реактивном самолете и о пересечении Атлантики и приземлении в Лондоне. Браден выслушал всю историю в ошеломляющей тишине, ни разу не прерывая ее. Франки говорила о своем приезде в деревню Гримсли, на средневековый карнавал, который бывает там каждый год для туристов, о том, как взяла напрокат костюм, о явлении Мерлина в витринном окне, о неожиданном путешествии во времени. Когда она закончила рассказ, Браден приблизил свое лицо и взглянул в глубину ее глаз.
– Как один человек может придумать такую сказку?
Слезы покатились по ее щекам.
– Я ничего не придумывала, Браден, - сказала она. - Это все правда, я снова видела волшебника сегодня утром, как уже говорила вам. Он сказал, что вы должны бы были родиться в мое время, в будущем, но произошла какая-то ошибка, и вы появились здесь. И вас собираются убить на турнире на следующей неделе, если вы не отложите поединок.
Его лицо как бы окаменело, и Франки увидела в его светло-карих глазах замешательство и желание верить ей.
– Я не трус и не хочу, чтобы по всей Англии говорили, что я послушался слов какой-то колдуньи.
Франки встала и выпрямилась, разочарованная и уязвленная, хотя знала, что он вряд ли поверит ее рассказу.
– Ладно, вы такой твердолобый, самонадеянный человек и не желаете выслушать доводы других людей. Хорошо, прекрасно, я не намерена болтаться здесь, ничего не делая, лишь быть свидетелем, как вас проткнут мечом.
Она хотела повернуться и убежать из комнаты, из замка и из деревни тоже, но Браден схватил ее за руку очень быстро и задержал.
– Вы были счастливы каждый день, когда мы были здесь вместе, не так ли? - спросил он хриплым голосом. - Сознайся, колдунья, - вы влюблены в меня?
Да, это было так, и это плохо. Она влюбилась. Но она не позволит Брадену знать об этом.
– Конечно, нет, - она постаралась подумать, что Аларис больше в ее вкусе.
– Что?! - Браден резко оборвал ее, и цвет его лица, такой здоровый за мгновение до этого, переменился.
Франки отвернулась, кусая губы. Она ничего не могла добавить к сказанному: ложь была слишком грубой, а правда слишком свята.
– Взгляни на меня, Франческа, - приказал строго Браден.
Она взглянула, но не потому, что сильно хотела этого. Она презирала свое страстное желание, даже если и поддалась ему.
– Все-таки вы ангел или ведьма? - спросил который уж раз Браден. - Вы умудрились опутать меня своими чарами. Я должен быть с вами, и не важно, что я при этом получу или потеряю, просто мы должны быть вместе. В вас я вижу мать и воспитательницу моих детей и все мои надежды и печали.