Выбрать главу
* * *

(Каллисто.) ПАССАЖИРЫ КОНТРАБАНДОЙ. Транзитная таможня космопорта, производя выборочный досмотр грузов, перевозимых с Марса на Ганимед, обнаружила «контрабанду». В пассажирском корабле это были бы «зайцы», а в грузовом?

Запрещенный к перевозке груз — именно так были оформлены супруги Рюрик — прятался в багажнике турбокара марки «ханьян». Полуспортивная модель, багажник очень тесный. Нет, во время перелета они жили в салоне увы, не оборудованном санитарными удобствами. Прятались только в крайнем случае. На вопрос о том, как им удалось миновать Анисовскую таможню, по слухам, самую свирепую в Близкой Диаспоре, Рюрики не захотели отвечать прямо, а посоветовали обратиться за консультацией к любому малолетнему сорванцу: их-де полным-полно во всех космопортах. В особенности, если на сорванце драная одежда и сам он торгует чем-нибудь принципиально несъедобным, выдавая отраву за местный деликатес. Эти клопы вездесущи и за червонец пронесут что угодно куда угодно… (Червонец — денежная единица Русского Марса. В одном червонце десять целковых или тысяча копеек.) Посмеиваясь, таможенники составили акт, оценив запрещенный груз в 13 червонцев, 8 целковых и 43 копейки. Это было все, чем располагали Рюрики, т. к. кредитные карточки на Русском Марсе не в ходу. На 50 процентов своей наличности супруги были оштрафованы за контрабандный провоз друг друга, а вторую половину экзотической валюты охотно продали таможенникам. По кредиту за монетку или ассигнацию. И, спросив дорогу, побежали в буфет… О событиях на родине Рюрики ничего рассказать не смогли: они улетели буквально за неделю до начала трагедии.

* * *

(Луна.) БАНДА ШУТНИКОВ. На терминал детектива Уайтсона в Тихо Браге продолжают поступать новые сообщения об уничтоженных коллекциях Поющих Устриц. «Версии? — переспросил он корреспондента „ГД“. — Сколько угодно! Например: эмигранты с Марса, банда маньяков-устрицененавистников. Сначала они подожгли ареал, а теперь расправляются с отдельными экземплярами. По всей Диаспоре. И везде подсыпают клопов… Годится?»

* * *

(Фобос, эвакопункт.) КТО СТРЕЛЯЛ НА ПЕРЕВАЛЕ? Господин Волконогов решительно отрицает слухи о своей причастности к возникновению вооруженного конфликта на перевале Колдун-Горы: «Я в это время спасал россиян!» Граф Марсо-Фриско решительно отрицает слухи о возникновении конфликта как такового: «Коулд-Маунт — самое тихое место в долине, там никто никогда не стрелял!» Замечание «ГД»: парализаторы стреляют бесшумно, а обгоревшие трупы есть обгоревшие трупы. Они лежат на перевале, продолжая целиться друг в друга.

* * *

(Луна.) НЕ СМЕШНО. Мистер Пакстоун (купол Коперник) был владельцем одной-единственной Поющей Устрицы. Да, вы уже догадались. Вот только клопы у злоумышленников, видимо, кончились, и в опустевшем контейнере мистер Пакстоун обнаружил… человеческое ухо. Детектив Уайтсон отказался комментировать происшествие. На вопрос о том, не намек ли это ему лично, он сухо заметил, что «это уже не смешно» и что все материалы по делу «Шутник» он передает в ИНТЕРПОЛ Диаспоры.

* * *

(Европа.) ЗАРАЗУ — В ЛЕПРОЗОРИЙ. Хай-Йорк, штаб-квартира ООМ. В Комиссии по Историческому Наследию начались дебаты о дальнейшей судьбе Музея Последней Звездной. Музей нерентабелен, не был рентабельным, а теперь и подавно не будет. Транспортировка же его к Земле и любому из миров Диаспоры влетит в сумму, сравнимую со стоимостью самого Музея… Неожиданное решение предложил присутствовавший здесь же член Комиссии по Здравоохранению: чуть-чуть подтолкнуть — и пусть летит своим ходом в астероидный пояс! Братство Астероидных Отшельников о нем позаботится — это для них святыня. А вот появление Музея на орбите населенного мира чревато новыми вспышками забытой эпидемии.

* * *

(Ганимед.) ТРИЖДЫ ВТОРОЙ. «Это не старость, это — судьба! Вот увидите: через одиннадцать лет я снова буду здесь… и снова приду вторым!» Только для «ГД», сразу после финиша — эксклюзивное интервью Марьяна-Вихря. Подробности марсианской трагедии.

Я не стану цитировать это интервью, поскольку в «подробностях» нет ни слова ни о господине Волконогове, ни о Мефодии Щагине, ни о супругах Рюрик. Марьян улетел утром второго дня трагедии, когда космопорт еще не был блокирован пожаром, но улетел по заранее купленному билету.