Но с ростом границ нашей цивилизации, банальные трудности стали перерастать в глобальные проблемы, ведь огромные расстояния между мирами не позволяли их решать быстро — заговоры, предательства богов, восстания, мятежи граждан, недовольство рабочих — забастовки, атаки пиратов, наемников, ком трудностей рос с невероятной скоростью, разделение Единой Империи было неизбежным событием. И наступило время вечных войн и бесконечных потерь. Образовавшиеся шесть независимых Империй разжигали конфликт за конфликтом борьба за влияние не прекращалась. Никто тогда не понимал, что война это всего лишь временное избавление от «нечто», от «нечто» невидимого, толкающего в пропасть безумия. Депрессия, вызванная технологией «условного бессмертия» была тяжелым бременем для богов — их неизлечимой болезнью их бесконечным кошмаром.
Маркус замолчал. Сделал глоток из своей кружки, посмотрел на бесконечно глубокое, звёздное небо. Затем негромко произнёс:
— Сегодня, на этом думаю мы закончим, уже поздно.
На часах было давно за полночь, красные угли еле вспыхивали от порывов ветра. Жак и Вокс начали аккуратно складывать телескоп, а для нас это было сигналом, что пора собираться в обратный путь. Без суеты, освещая дорогу фонариками мы начали спуск…
Глава 7. Продолжение
Пока спустились со скалы, пока растопили камин, который прогрел этот большой и уютный дом, прошло не мало времени, поэтому легли мы очень поздно. А проснулся я от того, что в моей постели стало как-то холодно, вчерашнее тепло растворилось как вчерашний ужин — утро было холодным и «голодным». Нужно было исправлять такое положение дел, я посмотрел на часы: они показывали одиннадцать. «Пора… пора вставать моему телу», — подумал я, и незамедлительно направил его в ванную комнату, чтобы принять душ, но не тут-то было: вода из под крана мгновенно разбудила меня и остудила не только мои руки, и лицо. От такого умывания я был бодр уже через секунду и со звуком «быр…», растирался полотенцем. Как позже выяснилось, отключился генератор, и в системе не было горячей воды. Утренний моцион пришлось сократить до минимума.
Дом, который нас временно приютил, начал потихоньку оживать: об этом свидетельствовал шум за дверью, кто-то ходил по коридору второго этажа, кто-то кого-то о чем-то спрашивал. Одевшись, я спустился в гостиную, где встретил двух мужчин, это были Петр и Вокс. Мужчины были одеты в куртки, легкие сапоги, теплые вязаные шапочки.
— Доброе утро Эрик, — произнес Вокс, — как вода?
— Бодрит.
Он рассмеялся и заговорчески подмигнул:
— Сейчас мы это исправим, если ты поможешь заправить генератор и принести дрова для камина.
Вокс говорил очень правильные вещи: дать бой холоду и восстановить энергоснабжение в доме было жизненно важно.
— Да, конечно, дайте минуту, сейчас оденусь, и я к вашим услугам.
Заправив генератор топливом, а камин дровами мы снова наполнили наш дом теплом и энергией. Позавтракать, точнее сказать, пообедать нам пришлось уже к полудню. Возле кофе-машины я встретил Уллу.
— Пришла зима.
— Пришла, — в её голосе я услышал нотки грусти.
Но меня это не удивило — зима всегда считалась вестником меланхолии.
— Как настроение?
— Я в норме, и отчасти рад, что такой компанией встречаем ее приход.
— Согласна, Маркус молодец, он всегда старается как-то взбодрить нас, поднять нам всем настроение, отвлечь от нашей однообразной суеты. Понравилось вчерашнее восхождение?
— Да, это было очень необычно.
— Ты был удивлен сказанному?
— Да, а правильнее сказать — просто был не готов такое услышать.
— Когда я впервые услышала о существовании других миров, тоже была не готова, думала, что все это полный бред и этого не может быть. Но со временем, его слова перестали казаться выдумкой, в них что-то есть, и каждый из нас находит что-то свое, что-то, что принадлежит только ему.
— Просто Маркуса нужно дослушать до конца…
Она улыбнулась, и положила в чашку с кофе кубик сахара: