Оставшись в полном одиночестве, не считая Имби, я начал размышлять. Как теперь быть, что делать? Умирать совсем не хотелось. Здесь на станции мне ничто не угрожало, я мог достаточно долго жить: пока не протру до дыр все комбинезоны. Станция была новой, в ней было все: гидропоника, вода, кислород, энергия, топливо. Атомный реактор давал энергию, которой мне бы хватило на сто лет. А сто лет — это достаточно большой срок, чтобы подумать, как быть. Но чем больше я размышлял, тем больше осознавал, что изоляция от мира сведет меня с ума раньше, чем закончится топливо в атомном реакторе. И это я прекрасно понимал.
Пока я следил за работой на поверхности планеты, обратил внимание, что первая очередь огромного планетарного проекта практически завершена. И это меня навело на интересные мысли. Начну с того, что начну считать. Считать буду, что построено, что осталось и что это всё может мне дать.
Подсчитав все, я понял, что я могу уже производить небольшое количество оружия, часть фабрик и заводов были готовы, осталось только накормить их ресурсами.
Я находился в схожей ситуации, что и земной геймер. Вам даются некоторые начальные технологии, ресурсы, оборудование, деньги и вы должны начать строить военную базу и развиваться, чтобы выжить и противостоять противникам. В моем случае промышленность на «Черной незнакомке» была готова примерно на 87%, В принципе можно было завозить ресурсы и производить нужные детали и компоненты. Но как решить эту проблему я пока не знал. Я был инженером и моей задачей было создавать, строить и производить оружие, а снабжению увы, меня не учили.
Да, как вы уже слышали Белпорт уже закончил свою часть работы и осталось совсем немного: мне закончить оружейный цех, а наши сменщики должны были приступить к планетарным верфям. Осталось выполнить 13% первой очереди. Но чтобы это сделать, нужен был металл, его объем составлял миллиарды тонн. Взять столько металла, конечно, было негде. Смотря в монитор, я периодически проводил ладонью по лицу, думал: «Что мне делать с этим наследием».
Ни друзей, ни учителей, никого не осталось, у кого бы я мог спросить совета, а родной дом Леботурн уже не был таким родным как раньше. Находясь на станции РОКС - 121 на орбите «Черной незнакомки» и смотря, в монитор управления стройкой я настраивал себя на то, что просто обязан был научиться жить так, как я еще не умел жить, по правилам, которых я не знал. Впереди меня ждала новая жизнь, наполненная неопределенностью, страхом и проблемами. Но участь изгоя, такая, как и у планеты «Чёрная незнакомка» меня совершенно не устраивала, и думая о своих перспективах, я не видел иного пути как стать — торговцем оружия. А что? Стать «плохим парнем», чей путь наполнен приключениями и опасностью. Теперь, когда в моей голове сформировалась цель, для её осуществления нужно было, как-то решить всего три проблемы: «Достать ресурсы для фабрик, произвести оружие и конечно, продать его». С первыми двумя всё было более или менее понятно, но вот с последней задачей: «Кому продавать», — было совершенно не ясно.
А ведь спрос на оружие в нашем мире был очень велик, он словно горящий костер, куда необходимо было подкидывать все новые и новые дрова. Теневая экономика поэтому и процветала, так как этот костер горел без остановки. Наемники, пираты, контрабандисты, у них всегда был очень простой аргумент, для достижения цели, — мощное оружие, способное убедить в их правоте кого угодно. И этих «аргументов» я мог им дать очень много. Быстро и сейчас я мог произвести патроны для штурмовых винтовок. Но где же найти тех «плохих парней», которые скажут: «Давай друг, мы купим у тебя все…».
— Помните я уже рассказывал, меня воспитывала Империя, а моими непосредственными воспитателями были учителя и руководители школы. Не так много людей нас окружало, они все к нам относились хорошо, каждый из них давал нам знания по своим предметам. Учитель Дример, он рассказывал нам, удивительные истории: как наш мир стал таким огромным, и что послужило этому. Именно он как-то обмолвился о «плохих парнях». Он не говорил, как они выглядят и какова география их обитания. Но сейчас я пытался вспомнить хоть что-нибудь, потому что дверь, за которой открывался путь к свободе была закрыта, и единственным ключом от нее был рассказ моего учителя по космологии.