– Примите мои поздравления, – протянул руку высокому жилистому мужчине.
Несмотря на свои семьдесят Эгберт Холл был намного крепче, куда более молодых мужчин. А, тем более, куда более коварным. Женившись на титуле миссис Холл, будучи человеком без имени, сумел в сотни раз преумножить свой капитал, нажитый простой контрабандой, и уже в пятьдесят занял место члена палаты общин. Своим упорством он напоминал мне самого себя, что заставляло отдавать этому человеку должное уважение.
– Благодарю, Виктор. Рад, что ты нашел время и удостоил старика привилегией поговорить с тобой до предстоящего бедлама, – похлопав меня по плечу, Эгберт сразу же направился в кабинет.
– Так о чём же вы хотели переговорить? – приняв от него бокал виски, я сразу понял, что разговор ожидается, куда более, чем просто неприятный.
– Мы собираемся поддержать снятие вето на «Хлебный закон».
– Шутите? – не поверил собственным ушам. – Если его собираются снять виги, то для тори не останется ничего другого, кроме как снова пустить его в исполнение!
– Успокойся, Виктор. Я хотел, чтобы ты узнал эту новость именно от меня, – снова плеснул себе виски, присаживаясь на край стола. – Как бы мы ни пытались, но Англии без него не обойтись.
– У нас уже было два восстания. А вы ещё одно хотите? Этот закон давит не только на простой народ, но и всё так же продолжает быть невыгодным и для самой буржуазии!
– Я знаю, но без него нам не удастся затянуть пояса. А после войны Англии нужно то, что снова поможет подняться на должный уровень. Поэтому попрошу более ничего не предпринимать для того, чтобы на него снова наложили вето. Этот вопрос уже решён, и как бы противно от этого ни было, но иначе уже нельзя.
– Со всем уважением, мистер Холл, но вы просите меня о невозможном, – одним махом проглотил свой виски, отрицательно качая головой. – Стоит снова внести его в исполнение, и половина сената поднимет такой скандал, что и мало не покажется.
– Ну и пусть поднимают. Думаю, что даже они осознают, что от их протестов ситуация не изменится. Так что приготовься к тому, что весь следующий год нас ждут тяжёлые времена.
Оставив меня наедине с самим собой, Эгберт сделал услугу нам обоим. Подобная новость, откровенно говоря, заставила мне вскипеть от ярости. Вынужденные меры сената с каждым следующим разом становились всё жестче и жестче, вводя нашу страну в куда более быстрое, но такое губительное восстановление, чем было возможно.
– Всё хорошо? – взглянула на меня Кэролайн, проскользнув в кабинет отца. И, вынужден был признать, делая это совсем не к месту, ибо мне совсем не хотелось причинить ей вред, в очередной раз, не справившись со всем своим гневом.
– Не особо.
– Чем он тебя так разозлил?
– Ничем хорошим.
– Может, есть что-то, чем я могу тебя утешить? – игриво улыбнулась, прижимаясь всем своим телом.
Она приходила ко мне каждый раз, после каждой беседы с её отцом, практически требуя заняться с ней сексом прямо на его рабочем столе. И не спорю, что выпустить пар подобным способом было по-настоящему хорошим способом. Но сейчас я был слишком зол для подобного. И, хоть Кэролайн и относилась именно к тем дамам, что предпочитали пожёстче. Вот только сейчас я вполне спокойно мог обратить это жестче в куда более грубую форму, чем та могла выдержать. К тому же у меня уже была именно Та, с которой я мог как следует расслабиться. Так что потерпеть какие-то два дня без секса было вполне возможно.
– Нет. Нам пора обратно.
– Ты уверен? – кажется, мой отказ заставил её удивиться, но, не обратив на это никакого внимания, я просто выволок супругу обратно к гостям.
– Здравствуй, дорогой, – улыбнулась миссис Холл, приветливо целуя меня в щеку. – Рада, что ты тоже тут. Последнее время Кэрри постоянно жалуется, что ты практически всё своё время проводишь в загородном имении, категорически отказываясь брать её с собой.
– Там нет ничего, что бы могло её развлечь, а мне нужна возможность работать в тишине и покое.
– Всё верно. Мистер Холл тоже предпочитает оставаться в полном одиночестве. Правда, ему для этого хватает и одного кабинета.
– Рад за него, – взяв обеих дам под руки, я повёл их к столу. – Возможно, через пару десятков я точно также смогу наслаждаться уединением, оставаясь всего лишь в своём кабинете.
Когда же праздничный вечер подошёл к концу, часы отчетливо пробили три часа. Думаю, он бы закончился и позже, но благодаря огромному количеству довольно пожилых дам, нам выпала возможность отправиться спать, куда раньше положенного.