Ее длинное свободное платье, прихваченное из пансиона по настоянию Джой, уже обтрепалось по подолу и было измазано землей и травами Шей-раха. Но зато смуглые щеки Абуэлиты приобрели такой теплый оттенок, какого Джой никогда еще не видела, а глаза искрились, словно воды ручья их подружки джаллы под вечерним солнцем. Абуэлита сказана:
- Спасибо, Фина, что ты привела меня сюда. Где бы это ни было.
- Я даже не знаю... - протянула Джой. - То есть я хочу сказать, что мне здесь хорошо, но когда осмотришься как следует, здесь вроде бы особо делать и нечего. Вдруг тебе здесь скучно...
Абуэлита улыбнулась.
- Фина, там, в "Серебряных соснах", пожилые люди могут делать что угодно. Там есть гольф, пинг-понг, костюмированные вечеринки, любительский театр... Там можно даже, если хочешь, заниматься карате или учиться делать массаж. Но здесь я впервые за долгое-долгое время получила возможность просто жить. Целый день сидеть и ни о чем не думать. Нюхать цветы, которых я никогда в жизни не видела. Рассказывать всякие истории той девчушке, которая живет в воде, или петь и танцевать с лохматым народом - от них так забавно пахнет! Никому и ничего не объяснять. Когда ты поживешь с мое, Фина, то поймешь, как это здорово, когда никому ничего не нужно объяснять.
Один из детенышей шенди ускользнул ненадолго из-под опеки родителей, подкрался к Абуэлите, поставил свои чешуйчатые когтистые лапки ей на туфлю и зашипел на старушку. Абуэлита тут же присела на корточки, протянула руку и заворковала:
- Ven aqui [Иди сюда (исп.)], мое сокровище, маленькая злюка, ven aqui!
Драконеныш отскочил назад, споткнулся, плюхнулся, подхватился обратно и, наконец, снова приблизился к заманчивым смуглым пальцам. Абуэлита взглянула на сидящих чуть дальше самца и самку - те распахнули бирюзовые крылья с черной каймой и встревоженно выгнули шеи - и отчетливо произнесла:
- Я - никто. Я дерево, камень, солнечный луч - и ничего больше.
Крылья медленно опустились.
- Возмутительно! - не выдержала Джой. - Я несколько месяцев пыталась подобраться к ним поближе - и все впустую!
Детеныш наконец решился и забрался на подставленную ладонь Абуэлиты. Абуэлита, не вставая, поднесла руку поближе к лицу, и они с дракончиком уставились друг другу в глаза.
- Что поделаешь, это еще одно из свойств старости, - сказала Абуэлита. - Когда стареешь, тебя меньше боятся.
Она посадила детеныша на землю, и тот гордо пошлепал обратно к родителям, раздувшись вдвое против обычного размера. Самка тут же сбила его с ног и подгребла под крылышко.
Абуэлита сказала:
- Фина, я думаю, что мы непременно должны сделать что-то с их слепотой. Я не забываю об этом ни на минуту.
- Абуэлита, ты что, не слушаешь, что я тебе говорю? - поинтересовалась Джой. - Может случиться так, что нам придется уходить отсюда внезапно, совершенно неожиданно, или нас выбросит где-нибудь в Китае.
- Гмм... - протянула Абуэлита. Она все еще сидела на корточках, прикрыв глаза. - Пожалуй, что-то в этом есть - оказаться в Китае. А?
Джой сдалась, плюхнулась на живот рядом с Абуэлитой и принялась наблюдать за маленькими дракончиками.
Глава 10
В конце концов Абуэлита все же вспомнила. Произошло это глухой безлунной ночью, настолько теплой, что они с Джой спали под открытым небом, свернувшись клубком на склоне холма неподалеку от Закатного леса. Абуэлита уселась, словно и не спала только что, хлопнула Джой по боку и громко провозгласила:
- Oro! Это oro [Золото (исп.)]!
- Чуть погромче, - пробормотала Джой. Сейчас она слишком туго соображала, чтобы говорить по-испански. - Может, где-нибудь еще остался перитон, который тебя не расслышал.
Но Абуэлита уже была на ногах. Она хлопала в ладоши и восторженно кружилась.
- Золото, Фина! Золото для глаз, да! Так мы делали в Лас-Перлас!
Джой медленно села, с трудом поворачивая негнущуюся шею.
- Абуэлита, у вас в Лас-Перлас не было никакого золота. У вас даже водопровода не было.
- Водопровода - да, не было. И денег, конечно, не было. Но золото!
Бабушка опустилась на корточки рядом с Джой. Говорила она очень серьезно, но при этом чуть ли не через каждое слово заливалась смехом.
- Немножко золота есть всегда, даже в таком маленьком бедном городке, как Лас-Перлас. Браслет, вроде того, что я тебе отдала, сережки, часы, может, какая-нибудь старая медаль, даже пряжка с туфли. Ты просто не поверишь, в каком виде может быть золото и кто может хранить его. Просто на всякий случай, tu sabes [Знаешь? (исп.)]?
- Как мистер Папас, - Джой потерла глаза, пытаясь добиться, чтобы они перестали слипаться. - Мистер Папас держит в маленькой шкатулке золотые монеты - на всякий случай. И его друзья тоже... - последние слова девочки потонули в сладком зевке. - Ну ладно, так что там насчет золота? И при чем тут глаза?
- Pues [Вот так (исп.)] единственное, чего в Лас-Перлас было полно, так это слепых и людей с больными глазами. Особенно детей.
Абуэлита оперлась локтями о колени, сцепила руки и слегка подалась вперед.
- Вот так. У кого-нибудь обязательно окажется колечко или браслетик. И его нужно расплавить и добавить еще кое-что. Надо растолочь его в metate[Ступка (исп.)], сделать... как же это... embrocacion [Мазь (исп.)]? такую мазь - и втереть ее прямо в глаза. Она была горячей, я помню. Не знаю, от золота или от чего еще, но я помню, какая она была на ощупь.
Абуэлита вздохнула, мечтательно и многозначительно.
- Ай, Фина, ты кое-что потеряла из-за того, что выросла не в Лас-Перлас.
- Да уж, наверно, - согласилась Джой. Теперь она окончательно пробудилась и пыталась припомнить многочисленные истории о Лас-Перлас, которые рассказывала Абуэлита. - И что, помогало? Вернулось к кому-нибудь зрение?
- La verdad [Правда-правда! (исп.)]! Люди, которые были полностью слепы, вскоре начинали видеть. Это чистая правда, Фина!
Даже в темноте видно было, как сверкают от восторга глаза Абуэлиты.
- Ну, в Шей-рахе нет ни одних золотых часов, это я точно...
Джой запнулась, медленно поднялась и спросила так тихо, что Абуэлита лишь с трудом расслышала ее слова:
- А что еще нужно туда добавлять? Что еще ты клала в мазь?
- А, вот об этом-то я и думаю, - Абуэлита вздохнула, нахмурилась и почесала в затылке. - Что же это может быть? Что у нас было? Листья. Там росли какие-то особенные листья. Ты пойди найди немного золота, Фина, а я пока повспоминаю. Старой женщине трудно припоминать такие вещи. Иди, иди, я побуду тут.