— Поняла. Прости. — Произнесла она шепотом.
— Славненько. Все хорошо.
Лифта пришлось ждать несколько минут. Самые бдительные жители башни уже спешили в убежище, не дожидаясь сирен и официального оповещения, к тому же бывали случаи внезапного появления пожирателей, и сирены иногда запаздывали. Пусть мы и ни разу не видели ану вблизи небоскребов, но рисковать собой не хотелось никому. Жизнь — дороже всего, независимо от цвета твоей зоны. Более того — теперь я отвечал и за Элизабет тоже, пускай и временно.
В убежище мы встретили многих соседей: и все еще болеющего «японской болезнью» Стивена с открытой бутылкой пива, обернутой черным полиэтиленовым пакетом, как обязывал закон; и внешне обаятельную жгучую брюнетку Викторию (та еще заноза, не одного приличного мужчину довела до глубоких седин); и семью Коллина с их вечно неугомонными отпрысками.
«Интересно, а Виктория всегда носит макияж, даже дома? Или специально накрасилась, по случаю атаки пожирателей? И когда только успевает». — Легкий смешок невольно вырвался из груди.
— Оу, Рэт, рада вас видеть. — Проклятье, нас заметили. — У вас, наконец, появилась спутница? — Виктория всегда отличалась любопытством. — Красавица. Познакомишь нас?
— Элизабет Морган, моя девушка. Виктория…
— Его бывшая девушка. — Добавила она. — А он хорош в постели!
«Виктория, какого черта, кто тебя тянул за язык, неужели нельзя хоть иногда держать свой грязный рот захлопнутым, размалеванная вешалка!» — Мысленно выругался я.
Стивен едва не поперхнулся пивом, когда услышал, что его друг — неисправимый романтик и уже не девственник. Глаза его округлились, и он уставился на меня с удивлением и некоторой обидой. По выражению лица я прочитал: «А еще друг называется. Мог бы и сказать».
Для Стива сплетни о половой жизни являлись неотъемлемой частью повседневности, для меня — пустыми разговорами, не более и не менее.
На лице Лиз проступил заметный румянец. Наверняка ей хотелось провалиться под землю со стыда. Кстати, а когда это я успел начать называть ее Лиз, а не Элизабет. Главное — не произнести это вслух.
— Я знаю. — Неожиданно ответила Лиз. — И я очень рада, что такой мужчина достался именно мне.
А она та еще актриса. С такой грацией и присущей только женщинам, хитростью и остроумием, она уделала пафосную и заносчивую Викторию. Вот это поворот. Наша скромняшка умеет ответить — поделом тебе Виктория. Будешь знать теперь. Молодец, Элизабет. Я злорадно улыбнулся.
Жгучая брюнетка оторопела от такой выходки и незамедлительно покинула наше общество с легкой улыбкой, прикрывающей раздражение, оставив нас наедине. Ну и подумаешь? Тоже мне, обидели мышку, загадили норку, простите за грубоватое, но, пожалуй, подходящее выражение…
К слову, все жители башни хорошо знали друг друга, скорее всего, как раз благодаря появлению ану. Время, проведенное в убежище, не проходило зря. Да и само убежище многим отличалось от подземных бункеров Небесного города. В нем не было большого экрана, удобных мягких кресел и улыбчивых девушек с напитками и пирожными на любой вкус.
Зато, справедливости ради, стоит отменить, было мини-кафе, импровизированное декоративное освещение и музыка, так что никому из нас и в голову не пришло грустить, нервничать или переживать, как это делают чересчур избалованные и изнеженные обитатели центральных башен.
Мы все, в основном, выходцы из среднего звена желтой зоны (пусть многие и предпочитали не вспоминать об этом, а кое-кто даже зазнался), воспринимали все гораздо проще, общались на отвлеченные темы, а очередное нашествие пожирателей воспринималось, скорее, как возможность провести время в компании соседей, а не игра в кошки-мышки со смертью. Мы спускались вниз не столько из-за опасности, сколько из собственных предпочтений, надо полагать.
Тут, в подвале-убежище, мы находили общий язык всегда, или почти всегда, если говорить про занозу Викторию. Общались, обсуждали новости, покупки, новинки кино, работу или просто хорошую книгу, не замечая, как летит время, пока вдали шел настоящий бой с использованием танков, артиллерии и беспилотной авиации.
Понимаю, где-то гибнут люди, но разве мы можем им чем-то помочь? Быть может и нам угрожает опасность, но, какая разница? Если ану доберутся до зеленой зоны и прорвутся через защитный барьер — не выживет никто, что толку думать о смерти, если она неизбежна? Расслабься и надейся на лучшее — вот девиз жителей нашей обители.
— Ого! Виктория в ярости! А вы — молодец, мисс… — Стив сиял от радости.
Признаться, он немного (если выразиться мягко) недолюбливал Викторию. Прошлые обиды не давали покоя, а все дело в том, что ее былые интриги два не стоили Стиву работы. И все из-за отказа. Да-да, тот самый заядлый бабник Стивен — взял и отказал красотке Вики из-за верности своему единственному незыблемому правилу в общении с прекрасным полом — никаких отношений с соседями.