И действительно, почему я его ненавидела? Потому что он прилюдно осадил меня? Так я сама виновата! Может потому, что флиртовал со всеми девушками нашей Компании? Или за то, что он посчитал меня доступной? Что-то надо было отвечать.
- Да, по сути, ерунда, твое поведение на балконе, твоя самоуверенность как-то разозлили меня, потом я злилась на тебя, что ты не выходил из моей головы. Вот и накопилось. - Смущенно улыбнулась я.
- Как интересно! Злиться на человека, за то, что думаешь о нем!
- Ну да, глупо. Давай не будем об этом. - Еще сильнее засмущалась я.
- Если ты настаиваешь. Идем. - Он протянул мне руку. - У меня наверху есть крытая терраса, там зимой очень здорово!
Я вложила в его руку свою.
Мы поднялись наверх, там было все аккуратно и богато, широкий коридор, стены
увешанные картинами и куча дверей. Их я помнила отлично, каждую из комнат я обшарила, когда искала Диму, но в конце коридора я не заметила глухо закрывающуюся дверь купе, сливающуюся с цветом стен. Он подошел к ней и, открыв ее, пропустил меня вперед. Это была большая светлая комната, на подобии гостиной внизу, одну стену занимал широкий кожаный диван, другую огромный камин, а посередине большая стеклянная двухстворчатая дверь! На полу лежал необычайно красивый и большой ковер. Напротив дивана стояла непонятная тумба с различными нишами, заполненными электроникой. Я не стала вникать в содержимое полок, а обратила все свое внимание на террасу, которая виднелась за стеклом. Я открыла огромную дверь и вошла внутрь. Там было так же тепло, как и в доме, при этом по-особому уютно и свободно, даже очень свободно. Окна были во весь рост, а вид с террасы открывался на коттеджный поселок и немного на замерзшее озеро. На полу лежал ковер, у окна стояла современная тахта, два кресла, кофейный столик и вокруг большие пальмовые цветы в горшках. Лучи закатного солнца проникали в каждый уголок, создавая сказочную атмосферу.
Пройдя к окну, я села в кремовое кресло, и посмотрела вдаль. Такая тишина! Такая красота! На душе спокойно и хорошо. Андрей подошел и сел рядом, в соседнее кресло.
Сколько сил надо, чтобы содержать ее в порядке.
- И часто ты тут бываешь?
- Довольно часто, сюда тянет и зимой, и летом.
- Согласно, очень умиротворяющее место. И что, ты сам следишь за цветами?
- Конечно нет, у меня есть горничная. Живет неподалеку отсюда, приходит раз в неделю, или когда возникает необходимость.
- Как вчера?
Да, - улыбнулся он, - как вчера.
И часто ты собираешь такую толпу у себя дома?
Нет! Я бы наверно и не собрал, если бы не желание сблизится с тобой!
А я думала, ты хотел сблизиться с юристками!
Я соврал тебе, никто меня не просил, это был повод. - Улыбнулся он.
Мне нечего было ответить, и я просто смотрела вдаль.
Внутри же, я вся торжествовала! Значит, он поставил цель добиться меня! Он извинился и подарил мне цветы, придумал этот вечер, в надежде, что я приеду. Как мило, и как приятно! Такой мужчина добивается моего расположения.
- У тебя очень красивый дом. И прекрасная терраса. Ты молодец, многого достиг!
- Пойдем к роялю? Я очень хочу, чтобы ты что-нибудь сыграла!
Я тоже хотела бы сыграть, и с удовольствием согласилась.
Оставив сказочное место, мы спустились в гостиную с роялем. Гулять по его дому, как гулять по музею, куча красивых мест, которые можно долго и внимательно рассматривать.
Очередная гостиная, и снова приятные цвета, уютная мебель и ничего лишнего!
Сев за рояль я подняла крышку и спросила:
- Будут какие-то предпочтения?
- На твое усмотрение. - Сев рядом, ответил он.
Я призадумалась, чтобы сыграть? Брукнера «симфонию №9», Моцарта «Соната де мажор» или может привычного Чайковского «Симфония №6»? Я знаю, Брамс «Вальс №15», прекрасная мелодия! Возрождает в сердце надежду и гордость за чудесную способность и предназначение человека - любить! Нежная, переливчатая, и романтичная.
Он слушал, не отводя от меня взгляда. Я иногда посматривала на него, и он улыбался мне в ответ. Следом я заиграла монументальное произведение Дворжака симфония «Из нового света», шедевр эмоциональной грусти. Сначала я играла в свободном ритме «альэз», и плавно возвращалась к нужному темпу «ля мэзюр».
Он присел рядом и, остановив мои руки, накрыл их своими.
- Ты безумно красиво играешь, так трогательно, так глубоко, почему ты не посвятила себе музыки?
Он целовал пальцы моих рук и ждал ответа. Что я могла сказать? Что для консерватории я бездарь? Что меня отчислили, т.к. у меня недостаточно таланта?
- Не хочу об этом говорить, это печальные годы моей жизни.
- А почему стала экономистом?