ГЛАВА 17
Спасение утопающего – дело рук самого утопающего. В редких случаях еще и его друзей и родственников
©мудрость-дурость
Просыпаться не хотелось, ведь только они увидят, что я бодрствую, сразу же начнут измываться надо мной и моим телом. И опять единственным спасением станет обморок. Обморок от истощения физического и морального. Я уже несколько дней не ела и не пила. Точней сказать не могу, поскольку спросить у кого либо о длительности моей отключки я не могла. Меня держали в одиночной камере, наверняка в подземелье. С моими палачами меня разделяли несколько сантиметров магического поля. Они могли беспрепятственно войти и выйти, у меня же не хватало сил даже на то, чтобы встать на ноги, не говоря уж о побеге или хотя бы попытке подойти к границе поля.
Я не знаю как именно меня доставили сюда, и что случилось в промежутке с выхода из портала до моего пробуждения в этой дыре. Все болело, наверное сломана правая рука и вывихнуто предплечье. При таком раскладе вывихнутая накануне лодыжка забылась, словно дивный сон. По моему телу словно пробежало стадо бизонов - синяк на синяке, зеленоватые, уже старые гематомы и яркие фиолетово-красные новые ссадины. Поломанные ногти, некоторые пальцы черные от нанесенных по ним ударов. Голова тоже пострадала, но не настолько, чтобы сойти с ума и больше не беспокоиться ни о чем. Волосы местами выдранные, местами обожженные. Они не спрашивали меня ни о чем, просто били и издевались.