Дозорные не слишком-то в это и поверили, но задав несколько вопросов Вею, они удовлетворились его ответами и успокоились. Оставив нам в проводники одного из них, высокого, широкоплечего, внушительного, как и Багар, серого кота со странным именем Оршуйи, остальная группа продолжила патрулировать окрестности. Вздохнув с облегчением и немного с раздражением, мы двинулись в сторону города.
Оршуйи всю дорогу молчал, мы тоже не спешили открывать рты и посвящать его в наши проблемы. Даже балаболу Багару не повезло пробить броню сопровождающего: еще в самом начале пути кот, поравнявшись с проводником, пытался разговорить его и выведать последние массарские новости. Но все попытки Барди разбивальсь о стену молчания и отчуждения: Оршуйи обращал на него внимания еще меньше, чем на листик травы под копытами коня. Через несколько минут бесперспективных попыток разговора, наш черныш закинул это дело и отстал от провожающего на несколько шагов.
Вскоре деревья начали отступать с горизонта и высокие шпили городских башен прорезали голубое небо, до этого почти полностью скрытое листвой. Многотысячный город (о чем узнала во время наших разговоров с добряком Барди) притягивал взгляд разноцветными крышами домов, которые ближе к центру поднимались все выше и выше. Внешний круг города, самый низкий, встречал путников черепицей красного цвета, оказывается, самой дешевой. Потом шел оранжевый круг, потом желтый и, чередуя цвета, в самой высокой точке города замковая крепость была крыта черепицей фиолетового цвета.
— Словно радуга, — пробормотала я и в восхищении наблюдала плавные линии разделения городских районов.
— Именно так, Сиана, — поддакнула Касси, которая сейчас ехала рядом со мной. — Сам замок стоит на холме, вокруг него волнами расходится город: от самых богатых — фиолетовой и синей зон, и до самых бедных — оранжевой и красной.
— Я бы не сказала, что красная зона выглядит бедной, — ддумчиво протянула я, как только мы минули внешнее ограждение и перед моим взором предстали чистые ухоженные улочки и тщательно выбеленные домики. Небольшие клумбы под окнами пестрели цветами разных оттенков, снующие везде пчелы делали окружающую нас реальность умиротворенной и расслабленной.
- Улицы и все, что находится вне стен жилища, принадлежат городскому совету. Все, что находится внутри — принадлежат владельцам. Поэтому уровень жизни обитателей можно оценить только переступив порог здания. Чего в красной зоне я тебе не рекомендую делать, — просветила меня хвостатая.
— Но... такие ухоженные...
— Проще покрасить стены и крышу, чем платить штраф за облупившуюся краску. — отрезала киса и, пришпорив коня, вырвалась вперед, к дозорному.
Я продолжила ехать с той же скоростью, пытаясь не свалиться с лошади от удивления и размышляя, какая блоха укусила кошку несколько секунд назад. Ответов не было. А жаль…
****
Въехав за замковую стену я не перестала восхищаться красотой и изяществом отделки стен. С каждой пройденной зоной я думала, что меня уже ничего не сможет удивить. Но в Оранжевом секторе на улицах мы встретили кадки с цитрусовыми фруктами, похожими по запаху на апельсины. В Желтом нам попались золотистые узоры на домах, в Зеленом — дома до самой крыши увиты плющом, только до блеска вымытые окна сияли в лучах светила. Голубой сектор, его еще называют Зеркальным, пестрил фонтанами и фонтанчиками искусной работы, в многоуровневых чашах с блестящим серебряным дном отображалось небо. В Синем секторе прекрасным было все, но выкрашенные в синий цвет двери и синие же окна на снежно-белых стенах напоминало о зиме, о лыжах и морозной свежести солнечного утра. Позже мне объяснили, что вместо простых стекол в рамы вставлен азул-камень, природная чистота которого заменяет в этой зоне окна.