Возвышавшийся над ним Владыка смотрел на человека почти ласково. Он и не помнил, когда в последний раз ему было НАСТОЛЬКО интересно. Проследив взглядом за быстро увеличивающейся лужей Фириной крови, Владыка хлопнул в ладоши. Тотчас в проеме дверей возникло несколько стражников. Они были облачены в струящиеся тоги с серебристо-ртутными плащами на плечах. Они почтительно склонились перед Владыкой. Тот, даже не взглянув на них, велел перенести человека назад в его покои и приставить к нему придворного лекаря.
Широко раскрытыми глазами Тейн смотрел в потолок. Он лежал на полу камеры, но вряд ли осознавал это. Он помнил лишь одно: он - эврар и вокруг царит Агония. Тело повелителя теней содрогнулось в очередном приступе непередаваемой боли. Ее можно было бы назвать агонией. С той только разницей, что смерть не облегчит муки. И вдруг новое видение предстало пред ним. Фира. Снова Фира. Но теперь в его глазах не презрение. Не только презрение. В них - страх. А вокруг слуги Владыки.
Они окружают его, все ближе, и ближе, и ближе. Их фигуры скрывают человека, Тейн видит лишь его лицо. Его рот перекашивается в немом крике - они разрывают его в клочья. И последнее, что слышит Тейн: "Будь ты проклят, эврар!!".
Картинка словно перематывается назад. И снова Фиру окружают молчаливые смертоносные фигуры.
"Эвраар!" - кричит он свое проклятие.
Невероятным усилием воли Тейн дрожащими руками закрыл уши.
- Меня... зовут... Тейн... Тейн Алкайдэ! Я не эврар!!! - захлебывается он собственным криком. И - не верит себе.
Перед глазами были печально знакомые ртутные сталактиты. Он вновь лежал на лунном покрывале в гостевых покоях замка Владыки Нави. Он чувствовал себя полностью здоровым, ничего не болело, от былых ран не осталось и следа. И Немезида внутри него снова спала, подавленная негатором. Только на этот раз Владыка не ограничился браслетами на запястьях - Фира почувствовал холод металла на своей шее. Он дотронулся пальцами до сплошного металлического ошейника, обвивающего его шею. Снова ошейника! Досадно чуть ли не до слез. Три цепи - от браслетов и ошейника - надежно приковывали его к спинке кровати. Кэйн откинулся на спину и глубоко вздохнул. Ничего не выходило, ничего не помогало. Он чувствовал себя игрушкой. Он просто забавлял Владыку Нави, и именно это все еще сохраняло ему жизнь.
Кэйн ощутил ужасную моральную усталость. Дом, милый дом, сейчас казался таким далеким. Не было похоже, что он вернется туда.
Он так и не добрался до Тейна. От мысли, что это Кэйн их сюда завел, лишь становилось невыносимо. Бессилие, практически полное бессилие давило невероятно тяжким грузом. Против воли на глаза Кэйна навернулись злые слезы. Он почувствовал внутри себя такую ненависть, что впору было умереть на месте. Но она не находила выхода и медленно тлела внутри его груди.
Сколько он уже здесь? Он вообще не представлял день сейчас или же ночь, счет идет часами или уже днями.
Двери покоев отворились. Появившийся в них Владыка неспешно и величаво прошествовал в комнату и неторопливо присел в кресло у изголовья постели.
Фира никак на это не отреагировал, продолжая все так же безучастно смотреть в пустоту. Этот гость был последним, кого он хотел бы увидеть.
- Ты не перестаешь меня удивлять, - прокомментировал Владыка, разгоняя тишину своим мерным голосом. - Зачем? Неужели ты правда думал, что сможешь со мной справиться?
- На что ты рассчитывал, человек? - Владыку начинало опасно раздражать безучастие Фиры.
Кэйн перевернулся на бок, повернувшись к Владыке спиной, и уткнулся лбом в лунное покрывало.
Владыка смотрел на Кэйна, и у него стала подергиваться бровь от раздражения. Постаравшись сдержаться и не нанести человеку сильных увечий, он все же схватил его за локоть и грубо развернул к себе, вжимая в кровать и наседая сверху. Теперь сделать вид, что он его не видит и не слышит, у Фиры явно не получится.
- Отвали, - на грани своей корректности попросил Кэйн.
- Это ты так пытаешься умереть? - с трудом сдерживая ярость осведомился Владыка.
- Ты серьезно спрашиваешь меня об этом после всего, что произошло? - Фира выглядел очень усталым.
- Может, я не убедителен? Тебе не приходило в голову, что Агонию всегда можно ухудшить? - Как бы невзначай спросил повелитель Нави, вдруг заинтересовавшись ногтями и отпустив Фиру.
Фира вздрогнул и резко сел на кровати.
- Что ты имеешь в виду? - напряженно спросил он.
- А сам как думаешь? - усмехнулся Владыка.
- Ты хочешь сказать, от моего поведения зависит то, что будет происходить с Тейном в Агонии?
- Почему бы и нет?
Фира долго испытующе смотрел на него.