Когда слезы закончились и высохли, он все еще продолжал сидеть на полу, вздрагивая. Он не мог выйти и сделать вид, что все в порядке. Он ужасно устал. Медленно опустившись на кафель пола, почувствовал его холод своей разгоряченной щекой. Фира закрыл глаза. Он просто полежит здесь и подождет, пока силы снова вернутся к нему.
Все еще нежась под лучами воображаемых Фириных глаз, Тейн проснулся. Он не знал, сколько прошло времени, но по ощущениям - не слишком много. Повелитель теней чувствовал себя бодрым и отдохнувшим. Он с удовольствием потянулся, прочувствовал каждую мышцу. Тело с готовностью отзывалось, не испытывая больше ни боли, ни усталости. Алкайдэ решил, что неплохо было бы спуститься на кухню и выпить кружку-другую кофе. Потянувшись напоследок еще раз, он вышел из спальни.
Кэйн находился на кухне. Он стоял возле окна, прислонившись к стеклу лбом, и смотрел, как яркое солнце играет в сухих ветвях далекого леса. Полная кружка свежесваренного кофе на столе источала дивный аромат и легкий пар.
- Фира! - радостно приветствовал его появившийся на кухне Тейн.
Кэйн не оторвался от созерцания солнца.
- Нет ничего лучше Яви после Агонии.
Взгляд Тейна скользнул по столу.
- О! - умилился он. - Спасибо за кофе.
Повелитель теней притянул кружку к себе и сделал пробный глоток.
Фира отвернулся от окна и прислонился к нему спиной. Тейну, навскому порождению, было неприятно смотреть в его сторону, потому что он стоял против солнца.
- Как ты уговорил демона помочь нам? - прищурившись, спросил повелитель теней.
- Не я уговорил, - прохладно отозвался Фира. - Это была идея Рио.
- А он почему нам помогал? - как ни в чем не бывало уточнил Тейн.
Кэйн молча смотрел на него.
- А ты попробуй пораскинуть мозгами, - в конце концов предложил он.
Тейн нахмурился, отставляя чашку в сторону.
- Почему ты не в духе? Я что-то пропустил?
Фира саркастично скривил губы. «И впрямь, что же ты упустил?..» - ехидно говорил его взгляд. Он ничего не произнес, но Тейн продолжал ждать ответа.
- Больше... - медленно начал Кэйн, - никогда... не требуй от меня самопожертвования.
Тейн искренне изумился.
- А когда я требовал от тебя чего-то подобного?
Кэйн усмехнулся, но в этой усмешке была горечь.
- Там, под стенами Агонии, все пошло не так уж хорошо, знаешь. И я хотел сбежать. Бросить тебя и сбежать в Явь! И когда это было уже решено, тот полог тьмы показал мне, что было бы дальше. Я почувствовал ужасающее разочарование, твое разочарование! Во мне. Не думал, что меня это так уязвит. И... заденет. Мне оказалось внезапно не все равно! Но меня это бесит. Это разочарование - больше никогда не хочу подобное чувствовать. Я говорил тебе: не считай меня лучше, чем я есть, а то разочаруешься. Так что вот, запомни это, - невпопад закончил он.
Верил ли он сам, что не свихнулся? Что это «будущее» открылось ему, а не сам он испытывал разочарование? Испытывал ужасное отвращение к своей слабости и своему страху. И из-за Тейна страх этот становился невыносим. Просто невыносим.
Какое-то время фиолетововолосый повелитель теней обескураженно-удивленно рассматривал человека. Наконец, вновь обретя дар речи, опомнился:
- Но как я мог знать, что ты за мной придешь? Это же очевидно: в Агонию хода нет. Находясь там, я не знал, прошел день или тысяча лет.
- Тогда с чего бы тебе так разочаровываться?
- Я не разочаровывался.
- Разочаровался бы, - Фира пожал плечами.
- В тебе?! Ни за что!
- Вот! Вот об этом я и говорю! - разозлился Кэйн. - Ты что себе вообразил? Что можешь во всем на меня полагаться? Что я отдам жизнь за тебя, раз ты готов пойти на это ради меня?! Этого не будет! Никогда!
- И не надо, - флегматично согласился Тейн. - Как бы я по-твоему потом с этим жил?
- Так же отлично, как тебе жилось все эти века с грузом вины за Ферсаат.
Тейн со вздохом поднялся. Он подошел вплотную к Фире и обхватил его плечи.
- Ты последнее дорогое, что у меня есть. Я хочу только, чтобы ты жил. - Повелитель теней стиснул плечи Фиры сильнее. - Жил любой ценой.
- Тогда нужно было бросить тебя в Агонии, не так ли? - холодно спросил тот.
- Разумеется, - мягко усмехнулся Тейн, обняв человека так, словно боялся, что тот вот-вот исчезнет.