- Скорее птица заморская, - покривился Фира, разглядывая пояс, концы которого длинным шлейфом спадали к полу. В принципе, все было не так уж и страшно, но...
- Атум, я понимаю, что тебе плюс минут сто лет - как для меня неделька, но ты ведь знаешь, что подобные наряды вышли из моды лет так пятьсот назад, да и то, никогда не были в моде в этой стране?
- Вот еще! - фыркнул старик. - Я так всегда хожу!
Наряд у него действительно был похожий, только темнее. Решив, что устыдить старое божество у него при всем красноречии не получится, Фира смиренно вздохнул. Ну хоть порадовал старика: Атум повеселел, глядя на доктора Кэйна в подобранном им одеянии.
- Ну ладно, где еда? - Фира уселся за стол.
Через мгновение перед ним поставили большую тарелку с омлетом и сыром, чай и булочки.
- Ах! - восхитился Фира, который только сейчас понял, что за прошлый день ничего не ел. - Счастье есть!
Утолив первый голод, но еще не второй и не третий, Фира, продолжая жевать, решил спросить у Атума:
- Ты что-нибудь знаешь об Айсе?
- Одной из мойр? - удивился его вопросу тот.
- Да. Это та старуха с нитками, оказывается.
- Батюхны! Вот живешь так, живешь, и не замечаешь очевидного!
- На пиру Син назвал ее отреченной мойрой. Но что произошло на самом деле?
Атум задумался.
- Было это давным-давно, - наконец, словно продираясь через пелену прошлого, медленно произнес он, - я слышал лишь слухи. Говорили, что она потеряла свою душу.
- Как это?
- Для людей и для бессмертных души имеют разное значение. Для вас, - Атум указал на Кэйна рогаликом, - душа - проводник сознания. Когда человек умирает, сознание переходит в душу и улетает в высшие миры. Поэтому продать душу - такой ужасный поступок. Люди не понимают, что это значит. На самом деле, отдать душу при жизни - это означает исчезновение в момент смерти. Без души сознание останется в теле и погибнет вместе с ним. Без души у людей не может быть посмертия.
- Но для бессмертных это не так, - догадался Фира. - Они ведь бессмертные, могут не беспокоиться по поводу посмертия.
- Да. Для бессмертных душа - возможность находиться в мире Слави или Прави. Без души они бы упали прямиком в Навь. Возможно, немного задержались бы в Яви, пока вся энергия не израсходуется. А затем - Навь. Без души невозможно подняться выше.
- И Айса потеряла свою бесценную душу?
- Я не знаю, что именно произошло, но об этом твердили все. Но это еще не все. Через какое-то время она заявилась в Монсальваат. Она прокляла его и сказала, что уничтожит всех.
- Но как она смогла, без души?
- Понятия не имею. Я ничего этого не видел, у меня имеются лишь обрывочные слухи. Это дело быстро попытались замять... Ибо Монсальваату - быть проклятым богом... С одной стороны, это казалось глупым и нелепым. Но то, как к этому тогда отнеслись... Как быстро заставили всех замолчать. Наталкивает на мысль, что то проклятье не было пустым сотрясанием воздуха. Даже самый слабый человек в силе своего желания может наложить страшное проклятье. А богиня, чья душа полна ненависти... Но ничего не произошло. Монсальваат по-прежнему стоит. А об Айсе все давно забыли.
Фира задумчиво допил чай.
- Но что ее толкнуло на такое?
Атум лишь развел руками.
- Эти события не особенно касались меня тогда. Я узнал о них между прочим, и довольно нескоро после того, как они произошли. Кто действительно может знать всю правду, так это ее сестра Верданди. Одно время, - Атум улыбнулся, - кажется, это было еще на заре времен. О боги, как же давно это было! - он печально-мечтательно улыбнулся, уходя мыслями на тысячи лет назад.
- Что «одно время»? - поторопил его Фира.
- Они были ни разлей вода, - сказал тот, выныривая из своих мыслей. - Две чудесные божественные сестренки.
После завтрака Кэйн не нашел дела лучше, чем вновь прокрасться в комнату к Тейну, чтобы проверить, как он там. Повелитель теней глубоко дышал, и большего подтверждения Фире не требовалось. Он задумчиво прислонился к стене, размышляя над тем, что скажет, когда тот проснется. За это время чувства прошли ряд метаморфоз и трансформаций, остановившись где-то на оцепененном возмущении. Сначала он думал, как будет беситься по поводу того, что произошло. Твердить, как он переживал! Чтобы Тейн проникся! Что честно признается, что был полным идиотом. Он ведь помнил, как растворилось после смерти тело его отца. Он так боялся тогда, что с Тейном произошло то же самое... Затем он осознал, что точно не будет такого говорить. Какой сейчас смысл говорить об этом? Хотелось просто радоваться, что все обошлось. Радостно прыгать рядом, когда повелитель теней откроет глаза... Потом и это желание отпало. Ужас всего произошедшего стирался из памяти. Вполне возможно, подсознание старалось вытолкнуть его куда-то на задворки разума, побыстрее забыть. Те мгновения, казавшиеся вечностью... Сейчас стало казаться, что на все произошедшее ушло не больше трех секунд. Все очень быстро пронеслось. И Кэйн действительно злился. Хоть и понимал, что винить Тейна в общем-то не в чем. Он даже не успел ничего предпринять, настолько все произошло внезапно. Эта была не его вина.