- Что это?! - возмутился Фира, проводив взглядом осколочный дождь. - Ты что, в кабаке? Ты в доме Солнца! И вот только не надо говорить, что он предсказатель, а значит, должен был принять меры.
Тейн, наконец, повернул к нему голову и с трудом сфокусировал взгляд.
- А... - махнул он рукой. - Это т-ты...
Тейн опрокинул в себя бокал и чуть дрожащей рукой налил себе следующий. Опрокинул его и налил третий. И только после этого продолжил, еще более невнятно:
- Я п-помн... ик! Пом-ню, где я.
Он неловко взмахнул рукой, чуть не опрокинув бутыль, и груда осколков исчезла. Причем не бесследно, как надеялся Фира, а переместившись и выстроившись в аккуратную пирамидку причудливой конструкции рядом с мусорным ведром.
Кэйн хмуро проследил взглядом за этим безобразием.
- Зачем ты напился? - поинтересовался Фира, проходя мимо него, чтобы поставить на огонь чайник.
Тейн пожал плечами. Вышло кривовато.
- А ик! п-почему бы ик! и н-нет?
- И вправду что... - пробормотал Фира, неодобрительно глядя на него.
- В к-конце конц... ик! концов, н-надо же ик! к-когда-н-нить и напиться... раз в ик! вечччнысть....
- Ты выбрал очень удачный момент, - не стал спорить Кэйн, но саркастический тон не скрывал.
Тейн совершил подобие горделивого полупоклона.
- В-вып-пьишь со мной? - без особой надежды предложил он.
- Нет уж, не горю желанием, - не проявил энтузиазма Фира.
- К-конечччн-(ик!)-о! С эврарами не п-принято пить, - скривился в пьяной усмешке Алкайдэ.
Фира удивленно посмотрел на него.
- Я тебя так никогда не называл, - заметил он.
Но Тейн, казалось, не услышал его. Или не захотел услышать.
- Эврара т-только ик! тр... травят.
- Чем? - заинтересовался Фира.
- К-как, - поправил его Тейн. - К-как дик-ик!-их зверей.
Он меланхолично и безнадежно выпил очередной бокал и налил следующий. Бутылка опустела. Он метко швырнул ее в мусорное ведро. Откупорил новую, появившуюся на столе. Тоскливо посмотрел на печально пустой стакан. И припал к бутылке, цедя вино Нави прямо из горлышка.
- Сколько бутылок ты выпил? - поинтересовался Фира. Ему действительно стало интересно, какое количество навского вина способно довести Тейна до такого состояния.
- Н-не помню, - Тейн оторвался от горлышка. - Пос.. ик! посссле ввосем-(ик!)сят девят-той я пперастал щ-щитать.
Маленькая тенька (Фире показалось, что он узнал ту, ставшую для него бинтом) предательски сложилась в цифру 128 за спиной у Тейна.
Фира пораженно уставился на него. Сейчас он остро почувствовал, что Тейн - не человек.
Закипел чайник, Кэйн залил кипятком какую-то траву, стоящую в баночках у Атума. За это время Тейн выпил целую бутылку и без перерыва приступил к следующей. Сто двадцать девятой.
Картина эта, почему-то, вызывала у Кэйна тоску. Решив, что лучше уж поест в столовой Кетер, чем будет составлять компанию пьяному в хлам повелителю теней, он встал из-за стола.
- Ладно, я пойду, - произнес он. - Счастливо заливаться... То есть, оставаться.
- П-погод(ик!)и... - Тейн поднял на него тусклый взгляд.
Он хотел так много ему сказать, но не мог. Не мог говорить связно. Но ему было жизненно важно, чтобы человек услышал его именно сейчас! (И на людей алкоголь действует порою схоже.) И он решил прибегнуть к единственному способу, показавшемуся ему наиболее приемлемым сейчас.
- Ты не останешься? - теперь его голос звучал совершенно ясно.
Но он не был похож на голос Тейна. Скорее - так говорили боги мертвых. Шелестящий шепот, наполняющий собой все пространство, словно растворенный в воздухе, звучал у самого уха Фиры, слышался у него за спиной, доносился откуда-то сбоку. Он был и звучал отовсюду. И нечеловеческая мольба была в нем.
- Ты хоть представляешь, каково это? Тысячи лет облав. Вечность ненависти. Целая вселенная принадлежала тебе - и вот ты изгнан.
Невыразимое отчаяние шелестело осенней листвой в этом чужом шепоте. Не так уж важно было, что он говорил. Вполне хватало и того - как. И Фира слушал сухое шелестение атласной парчи, шипение бархатной стали.
- И ты? Ты тоже уходишь? Мое самое нужное существо... - это были последние слова, произнесенные неземным голосом тени. Тоска стальными когтями впилась в каждый звук. Лед звенел утихающей изморозью, рассыпаясь по камням после утихшей внезапно вьюги.
Вначале, когда неземной голос зашептал ему на ухо, Кэйна кольнуло беспокойство, что это «другой» Тейн вернулся. Он весь напрягся, слушая шелестящие слова. Лишь на последней фразе он понял, что это не так.
- Я всего лишь ухожу по делам, - произнес он. - Я не ухожу насовсем, я же вернусь.