Нильсси вскинул катану, которая засветилась мерным голубым светом.
Кэйн зло ударил по столу, заставляя ближайшего к нему координатора подпрыгнуть от неожиданности. Он отпустил кетеровца, позволяя действовать ему по собственной воле, и только лишь смотрел его глазами.
«Эта операция будет стоить Нильсси жизни», - очень отчетливо понял Кэйн.
Он видел все, что происходило на поле схватки. Видел Амат, взбешенную болью, неистовую, загнанную. Она уже не могла убегать, но все еще была достаточно сильна, чтобы уничтожить эту горстку наглых людишек. Потоки азота следовали за зверем, чудом не задевая нападающих. Одна из установок повредила Амат ногу настолько, что Нильсси смог отсечь ее. Другая долго била в бок, замораживала шкуру, постепенно захватывая все большее количество тканей. Нильсси с небольшим штурмовым отрядом вышел вперед, его целью было порубить Амат на мелкие кусочки. Места, поврежденные азотом, катана легко рассекала.
Фира старался следить за Найком, насколько хватало глаз кетеровцев, к которым он мог подключиться. Момент почти настал. Схватке скоро конец. Если сейчас, пока Амат еще сильна, ударить в Нильсси, все можно будет списать на несчастный случай. Этот план прямо-таки читался на его лице, когда он стал за одну из азотных установок, отталкивая своего подчиненного.
Нильсси сражался с Амат. Пусть у нее и не было одной лапы, зато оставалось еще три и хвост. Фире казалось, что его катана ей - ну как большая зубочистка. Но специфические чары главного магика Кетер оказались не так просты, раз смогли с одного удара оттяпать огромную лапищу.
Амат выдыхалась. Азотные установки били в нее уже на протяжении двадцати минут. Фира оказался прав, она была восприимчива к холоду. Ее не брали ракеты и огнеметы, но зато валили струи азота, медленно леденя все тело. Медленно - и от этого еще более мучительно. Замерзшие ткани при резком движении отваливались сами, что вызывало дикую боль. Амат не могла не двигаться, и помогала нападающим потихоньку отламывать от себя кусочки. Нильсси целился в шею. Отрубить эту крокодилью голову - и все будет кончено. Опасность сейчас больше всего представлял никем не обездвиженный хвост, который неистово бил из стороны в сторону, сметая нападающих людей.
«Мечта! - осенило Кэйна. - Какая у маньяка красных волос может быть мечта? Взять его под свой контроль - и все будет улажено!»
Нильсси оказался между зданием и Амат, установки и мальхутовцы остались по левую руку. Позиция была не самая выгодная, здесь было мало места для маневра. Справа неистово бил хвост, а слева, внезапно отрезая ему путь к отступлению, заработала одна из азотных установок. Нильсси удивленно глянул на нее - за управлением сидел Найк, маниакальным взглядом упершись в Амат и Нильсси.
- Выключи установку!! - заревел тот. - Выключи!!
- Что? - притворно не расслышал Найк. - Да, все отлично! Мы с этого бока прикроем!
В пылу сражения, то, какое это гиблое для Нильсси решение, видел лишь он сам да Найк. Если бы кто-то из мальхутовцев и заподозрил неладное, вряд ли бы рискнул перечить начальнику, а почти вся команда кетеровцев, наступающая в первых рядах, была перебита. Точнее, перегрызена и раздавлена.
Нильсси вспомнил слова Кэйна о том, что Найк Иффриус попытается его убить. И он действительно по какой-то причине намеревался это сделать. По какой? К черту! Первоочередной задачей сейчас было чудовище.
«Так-так-так, - думал Кэйн, стараясь не отвлекаться на постороннее, - что может хотеть маньяк красных волос?! Найти самые лучшие красные волосы в мире? Посетить красноволосый рай? Отрастить такие волосы самому?» - каждое предположение - одна попытка, одна ошибка, и откат, возвращающийся ментальным ударом по ауре. «Найти себе спутницу жизни с красными волосами? Сделать парик из лучших красных волос?» Времени оставалось все меньше. Фира видел, что Амат почти пала, ее движения все более измучены, Нильсси бьет глубже. Вот только не закончится этот бой его победой. Найк пока еще следит за ситуацией, медленно подвигая установку, постепенно сокращая пространство Нильсси для маневра. «Нужно сосредоточиться! Нужно подумать! Мания. У Найка мания красных волос. Мания, это больше, чем любовь? Но я уже пробовал, предполагая это. Тогда... Мания, это больше, чем ненависть? Уничтожить красные волосы? Убить обладателей красных волос? - из носа заструилась теплая алая кровь. - Ну да, он же не убивает вообще всех красноволосых... Тогда... Убить одного единственного?»
Времени не оставалось. Глаза Найка пели Нильсси похоронную серенаду. Еще пара секунд, и...
«Убить одного единственного, кто важен! Кто и развил эту чертову манию красных волос! Уничтожить его!»