- Ну что за великолепие, - саркастично произнес Кэйн.
Он стоял на границе полянки, прислонившись плечом к темному стволу.
От неожиданности, повелитель теней вздрогнул и резко обернулся на звук голоса. Меньше всего он ожидал кого-то здесь увидеть. Будучи уверен, что Фира не пойдет за ним, Тейн обрадовался его появлению. Ничего не ответив, он только радостно улыбнулся.
- Зачем ты все это устроил?
- Мне стало скучно, - пожал плечами повелитель теней.
- Скучно, - задумчиво протянул Фира. - Половина твоих поступков руководствуется скукой...
- Думаю, гораздо больше, чем половина, - согласился Алкайдэ.
- Я приуменьшил, чтобы ты не расстроился, - признал Кэйн.
- С каких пор ты искажаешь факты, чтобы не расстраивать меня? Ах, да, - спохватился Тейн, - всегда.
Фира продолжал молча смотреть на него. Он посчитал бессмысленным подтверждать или опровергать столь очевидный факт.
Тейн направился к столу. Остановившись у стула, он вопросительно посмотрел на Кэйна, приглашая его присоединиться.
- Не хочу, - играя на нервах повелителя теней, усмехнулся Фира.
Тейн невозмутимо пожал плечами и уселся за стол. На этот раз ему не надо было много усилий, чтобы казаться невозмутимым. Вообще не надо было усилий. Какая-то пустота и безразличие заполнили его. Впрочем, эта могла быть и усталость. Тейн откупорил бутылку (не желая прибегать к помощи теней, он сделал это сам), налил в бокал терпкое вино и принялся за еду.
Фира смотрел вдаль, на открывающийся с обрыва вид, и чувствовал полную безысходность. Тоска по неосуществимому, нереальному миру грез, о котором он и не воображал и в который не смел поверить, казалось, вонзилась в самое сердце.
- О чем размышляешь? - флегматично обратился к нему Тейн. - Если размышляешь, конечно.
- О том, что ты слишком громко чавкаешь для того, кто подает себя таким эстетом. Разве можно сейчас размышлять о чем-то другом? - задумчиво заметил Фира.
Тейн, который ел совершенно бесшумно, шутки не оценил. Поскольку Фира ничего не добавил, Тейн также невозмутимо продолжил есть. Он почти физически ощущал, как меланхолия разливается по его венам. Или это было терпкое вино порождений тьмы? Весь окружающий пейзаж показался Алкайдэ невыносимо-тоскливым. Развеять скуку снова не получилось.
- Верни мне мою парковку, - вдруг очень холодно произнес Кэйн. - Осень прошла, наступила зима. И ты не сможешь ничего с этим поделать мороками и иллюзиями.
Прекрасный пейзаж тотчас растворился в воздухе. Фира стоял перед своим домом. От былого великолепия остался только стол, за которым так же невозмутимо продолжал ужинать Тейн. Второй стул исчез вместе с осенью.
Фира стоял, немного пораженный тем, как быстро все исчезло, как быстро уплыло, словно ветер сквозь пальцы. С небольшим удивлением он отметил про себя, что иногда бывает больно и от того, что с тобой не спорят. Что твои желания беспрекословно выполняют... Зачем было все это? Ему пришлось быть втянутым в игру скучающего Тейна? Развлечение от скуки... Подумав так, он вдруг ощутил себя неваляшкой.
Фира опустил голову и потрогал носком ботинка мерзлую землю под ногами. Вновь стало по-зимнему холодно. И вновь разболелась голова, которая, казалось бы, прошла к вечеру. Хотя возможно, это боль в груди разливалась по телу. Черт возьми, ночи всегда нагоняют тоску. И эта морозная лунная ночь была одной из таких. Ему хотелось выть на луну, а Тейн сидел и ел свой чертов ужин.
Фира взглянул на него и рассмеялся. Тейн удивленно посмотрел на него, остановив бокал навского вина возле своих губ.
Фира перевел взгляд на луну и закричал. Так пронзительно и громко, как только мог, вкладывая в этот крик всю свою боль и отчаянье, всю свою усталость, всю свою печаль, которую больше не мог терпеть. Это был крик освобождения, но казался он предсмертным воплем отчаянья. Такого дикого отчаянья, что казалось нереальным, что это кричит человек. Вопль загнанного зверя, и тот был бы слабее по силе эмоций.
Крик не ослабевал ни через минуту, ни через две, Кэйн даже почти не переводил дыхание, просто кричал, поддавшись чувствам, которые так давно забивал глубоко внутрь себя. Вряд ли кто-то мог бы предположить, что этот крик - мгновение счастья, но это было так. Крик, ужасающий силой отчаянья, сквозившего в нем, не казался целительным, но был им.
Тейн еще несколько секунд смотрел на Фиру немигающим змеинным взглядом. Потом вернулся к ужину и вину. Бесполезно. Им снова владела скука. Фирин крик нагонял тоску. Поморщившись, Тейн отправил в рот последний кусочек.