- Посмотри на него! - вздохнул Фира, медленно спускаясь по ступеням. - Очевидно, что это именно тот зал.
- Его не могли стащить кто-нибудь из Сфироса?
- Мальхут? - голос Кэйна казался потерянным.
- Кто угодно... Уверен, они не единственные, кто знает о пирамиде...
- О пирамиде знает весь мир! - огрызнулся Кэйн. - Но вот о том, что искать в зеркальном мире!..
- Вполне могут знать все ячейки, - ровным голосом закончил Алкайдэ.
- Аре говорила нам, что Кетер не знает, что цилиндров на самом деле два.
- А не Кетер?
- Что ты от меня хочешь? Я не провидец! - разозлился Фира. - Кетер - самая сильная, вот я и предполагал, что раз не знают они - не знает никто!
- Тогда дальнейший план? - Тейн оставался невозмутимым.
Фира схватился за голову.
- Дальнейший план?! Ты издеваешься? Дай мне осознать нашу неудачу сначала!
Кэйн глубоко вздохнул и взял себя в руки.
- Назад, в Явь, - скомандовал он.
Переход в Явь из зеркального мира был словно закрыть глаза во сне - и открыть, проснувшись.
Стало темно, хоть глаз выколи.
- Свет мой елочка зажгись! - попробовал Фира.
Помогло. Загорелись факелы по периметру зала.
Стало видно, что зал преобразился до неузнаваемости. Тысячелетние стены, словно кровоподтеками, чернели пятнами. Древние ступени рассыпались в песок. Трех из семи колонн не было. Затхлый воздух помещения, не проветриваемого веками, ударил в нос и заставил сбиться дыхание.
Но вместе с переходом в Явь дрогнуло что-то еще. Словно замогильным холодом повеяло.
Непонятно откуда взявшийся ветерок с шелестом пересыпал песок от одной стены к другой. Тьма стала ярче, она словно запульсировала черной плотью. На какой-то миг она заполнила собой всю комнату, словно бархатным пологом укрыв факелы. А потом отступила, спрятавшись по углам. Теперь в огромном древнем зале было пятеро. Двое из новоприбывших имели женские фигуры, облаченные в туники, какие носили в Древней Греции. За спинами их топорщились взъерошенные и неряшливые черные крылья, словно куцые, обкромсанные лохмотья, достигавшие земли. Будь они нормальными крыльями, наверняка походили бы на вороньи. А вместо лиц у одной фигуры была треугольная плоская голова змеи на длинной изгибающейся шее. А у другой - птичья голова грифа-падальщика, лишенная перьев. Между ними, на шаг впереди, возвышалась еще одна фигура, при взгляде на которую Тейн побелел, чуть не светясь в полумраке. Это был высокий могучий мужчина, закутанный в темную мантию, клубившуюся туманом. Его лоб венчала корона, словно выкованная небывалым мастером из теней. Длинные исчерна-фиолетовые волосы были заплетены в тугую косу, а в руках он держал обсидиановый жезл, увенчанный ярко пылавшим аметистом.
Этот последний смотрел на Тейна с невыразимым презрением.
- Эврар. Ты слишком долго бегал от Агонии, - произнес он ледяным голосом, в котором звенела сталь.
Ничего от бархатной мягкости, сохранившейся в воспоминаниях Тейна.
Он отшатнулся, сделав шаг назад. Его движения пронизывало смятение. Он ничего не ответил, расширившимися глазами смотря на него.
- Опять убежишь? - в голосе насмешка, хлесткая, как удар хлыста.
Алкайдэ замер на месте, не в силах пошевелиться. Казалось, он парализован. Рука, которой он так уверенно призывал тени на помощь, рука, которой он управлял тьмою шутя, - эта рука сейчас чуть заметно дрожала.
Мужчина сделал шаг вперед, поднимая обсидиановый жезл вверх. Тени начали стекаться, как тоненькие ручейки, вливаясь в его тень. Тени плясали, как языки пламени, кружась в безумном танце по периметру зала, но пока не приближаясь к стоявшим в центре.
Но вот, словно длинные руки-плети, тени потянулись к Тейну, все так же стоявшему без движения. Они закружились вокруг него, образуя круг, по форме напоминающий терновый венец. Они тянулись все ближе и ближе. И вот первые тени коснулись его. Извиваясь, словно змеи, они опутывали его руки и ноги, пока он не рухнул на колени, как подкошенный. Все это происходило не слишком быстро, в движениях теней была величавая неспешность. Но Тейн все еще пребывал в трансе, не в силах пошевелиться.
Оценив ситуацию, а также вспомнив то, что Тейн говорил ему о встрече с богами, Фира понял, что пришло его время вмешаться в происходящее. План был рискованный, как и все его планы, но Кэйн предпочитал действовать.
- Кхм-кхм. - Вежливое покашливание человека среди этой тьмы показалось чем-то ирреальным. Явившиеся пораженно обратили на него свои взоры. - Прошу прощения, если прерываю...
Кэйн медленно вышел вперед, став между Тейном и псевдобогами.
- Хотя нет... - лениво протянул он. - Не прошу...
Внимание псевдобогов, пораженных подобной наглостью смертного, было полностью приковано к нему.