Он удивленно округлил глаза, без слов требуя разъяснений.
- Ты невероятен, - охотно их предоставила. - Таких без подвоха не бывает.
Максим подавил улыбку, хотел что-то сказать, но я быстро приложила палец к его губам, заставив дослушать:
- Я поняла. Ты женат.
- Нет. И никогда не был, - сохраняя нарочитую невозмутимость, ответил он, в глазах плясали бесенята. - Хотя… Женат на своей работе, но брошу ее к чертям по первому же твоему требованию.
- Это не подвох, а недостаток, - помотала я головой и продолжила:
- Тогда у тебя есть ребенок от какой-нибудь женщины.
- Нет. Пока детей не имею, - не выходил он из роли. - Но будут. От тебя.
Я закатила глаза, едва удерживаясь от довольного смеха.
- Ну тогда ты тиран?
- Нет.
- Страшный ревнивец?
- Не патологический. И без доказательств вины не признаю.
- Ну тогда…
- Дана… - подавшись ко мне, чувственно выдохнул Максим и долгим поцелуем прижался к шее. Трепет пробежал по моему телу, пробуждая его, рождая прилив желания. - Если тебе так важно найти во мне подвох, то так и быть, признаюсь в нем.
Я чуть отстранилась, прикрыла глаза. Наши лбы соприкасались, губы застыли друг напротив друга на расстоянии миллиметра, частое дыхание обжигало.
- Я просто люблю тебя, - прошептал он, ладонями провел по бедрам вверх, проникнув под полы халата, еще больше распаляя. - Привык доверять интуиции, а она притянула к тебе сразу же. Почувствовал в тебе родное, дорогое. Близкое.
Судорожно вздохнув, я обхватила руками его голову и страстно, напористо поцеловала.
Через миг он вместе со мной, обвившей ногами его бедра, крепко держащейся за шею, в уже распахнутом и соскользнувшем с плеч халате, поднялся с места. Возбужденный, заведенный, как и я.
- Пойдем в постель? - хрипло спросил, разорвав поцелуй. Я, глотнув воздуха, просто кивнула.
Этой ночью, как и следующей, совершенно истощенная занятиями любовью, я впервые не увидела снов. Что только к лучшему. Реальный мир сам казался теперь сказочным сновидением, уходить из которого не хотелось.
~ oOo ~
Помассировав виски, я еле слышно простонала и, закрыв глаза, откинулась на спинку сиденья. Сегодня почему-то немилосердно болела голова.
- Может, тебе вернуться домой? - предложил обеспокоенный Максим, заключив мою ладонь в свою, горячую и большую. Стало чуть легче.
- Я два дня уже прогуляла, - напомнила я. - Ничего, пройдет. А не пройдет, приму таблетку.
Вибрации и шум двигателя автобуса, как и бесконечное его торможение на светофорах и остановках, состояние только отягчали, но если уж я собралась сегодня воскреснуть из мертвых в университете, значит сделаю.
- Ты поспи немного, я разбужу тебя перед твоей остановкой. - Наклонившись ко мне, Максим нежно коснулся губами моего лба.
«Поцеловал в лоб как ребенка», - внутренне поморщилась я. Меня все еще беспокоила и коробила наша большая разница в возрасте. Дело даже не в том, что скажет мама или окружающие. Временами казалось, что я слишком юна, взбалмошна и глупа для него, спокойного, уравновешенного и очень мудрого. Подобные пары долго не держатся. Влюбленность и секс — это огонь, развести который очень просто и быстро. Намного труднее и затратнее бесконечно поддерживать его, направлять и опекать. Тут нужны основы посложнее и серьезнее физиологии и симпатии. Я готова их заложить и не хочу отказываться от него, а он? Сам же Максим эти восемнадцать лет вовсе не замечал, вел себя так, словно обосновался в моей жизни прочно и надолго.
- Поспи, - настаивал он, обняв, притянув к себе. И я послушно расслабилась, положив голову ему на плечо, крепче сомкнула веки, чувствуя, как его пальцы ласково поглаживают мой затылок, шею…
Боль набатом звенела в голове. Не припоминала, чтобы раньше страдала до такой степени. И хотя была уверена, что не засну, погрузилась в какое-то глухое забытье. Всего на минуту-другую.
Распахнув глаза от какого-то непривычного звука, оцепенела.
Что. Это. Такое?
Звон боли в голове нарастал, паника захлестнула ледяной волной, заставив задыхаться. Похолодевшие руки и ноги будто парализовало.
Я читала о таких случаях, даже контрольную делала, удивляясь тому, на какие выверты способен человеческий мозг и как мало человек знает сам о себе, принадлежит сам себе.
Внезапная амнезия. Дезориентация. Галлюцинации. Нельзя перечислить всего. И нельзя понять, что это такое.
Я больше не ехала в университет в автобусе, двигавшемся сегодня черепашьим темпом. Я мчалась в неизвестном направлении в полной тьме на огромной скорости в вагоне метро, заполненном сонными пассажирами с отсутствующим выражением на лицах. И я больше не была рядом с тем, кто заботился обо мне, любил и держал в своих теплых надежных объятиях. Я была одна.