Глава 1
Как мне не хватает солнца. Снаружи и внутри.
Весна в этом году совсем на себя не похожа. Куда не посмотришь – везде серость: грязный залежавшийся снег, серые дома. И неважно, многоэтажка или барак, как у нас – всё одно.
И души. Скитаются, барахтаются между домом и работой. Сижу на подоконнике в наушниках и смотрю на остановку, что у дороги напротив дома. Пасмурное небо нагоняет тоску. Оборачиваюсь. Наши обои тоже – отслаиваются в углу от сырости. И хотя, они не такие скучные, как вид за окном, но всё же надоели абстрактные пятна с узорами, будто трехлетка рисовал, пока взрослые не видят. Нужно было настоять на обычной покраске стен. Ну и что, что они неровные, зато можно сделать это в любой момент и в любой цвет, а не ждать каждый год лета, чтобы переклеить на новые.
Кому я вру? Новые. Обои одинаковые не только в магазинах. Если зайти в любую квартиру нашего посёлка на окраине города, то там в коридоре будут ромбы, в спальне круги, а на кухне – с лимонами или кофейными чашками. Если и найдутся отличия, то только в оттенках. Совсем не Италия!
Вздыхаю и слушаю мелодичный женский голос в наушниках, опускаю взгляд на сестру. Она лежит на диване, обнимая подушку, и пялится в телефон. Потом кладет его рядом с собой и рычит от злости.
Боже, что может быть печальнее на свете, чем злая из-за сплетен Карина? Хихикаю.
– Соно Верóника. Соно Верóна. Э лей?
Повторяю вслух за голосом. Я учу итальянский. Однажды сбегу из этого города в Италию – туда, где солнце, море и счастливые лица. А не эти. Снова гляжу в окно на людей, затем, спрыгнув с подоконника, поправляю сетчатую тюль и сажусь в кресло напротив дивана. Лицо Карины не лучше – унылая, она пилит грустным взглядом потолок. С самого утра сестра рыдает в подушку и материт профиль одной из местных девчонок. Карина старше меня всего на один год, а ведёт себя как будто младшая.
Глупая!
Стала бы я переживать из-за такой ерунды? Из-за парня. Слишком много чести. Она по уши влюбилась в сына родительских друзей, а тот только из армии вернулся и, конечно, ему льстит чрезмерное внимание девчонок с района. А на сестру внимания не обращает. Вернее, обращает, но не так, как ей бы хотелось. Только по-дружески.
Ладно, есть один секрет – он сохнет по мне. Сам признался пару недель назад, на восьмое марта. Но Никита совсем не в моем вкусе. Я так ему и сказала, прямо в лицо. Нет, он симпатичный, я не спорю: улыбка, ямочки и всё такое, и даже рост, как я люблю. Но характер! Брр! Ненавижу нытиков.
И мне кажется, сестра услышала наш разговор.
Ненормалистка!
Она нажаловалась маме, мол, отбиваю у ней парня, который ей не парень вовсе... по крайней мере, пока. И мама, идеал нравственности, устроила разбор моего «недостойного» поведения.
Боже, она столько мне всего наговорила! Я всю жизнь выстраиваю образ правильной и недоступной девушки, а ма считает меня путаной.
«Ми кьямо Вероника! Соно путана. Пьячере ди коношерти!».
Если я в кого-то и влюблюсь, то только в итальянца.
Под мелодичный женский голос диктора я открываю приложение для знакомств и листаю ленту с молодыми итальянцами. Какие они всё-таки стильные и солнечные. Не то, что наши парни в поселке.
Иногда мне кажется, что я родилась здесь по ошибке. Когда выдавали билеты на рождение, кто-то взял да подменил. И вместо итальянской огромной и дружной семьи, меня отправили в эту. Я даже внешне на них не похожа, разве только на папу, совсем чуть-чуть. А моя сестра – копия мама: тёмненькая, смуглая с карими глаза. А я наоборот: серо-зеленые глаза, светлая кожа и натуральный блонд.
Я – ворона, я – ворона!
Белая ворона. Но, должна признать, что люблю быть не как все. Снимаю наушники.
Санта Клеопатра, опять эти всхлипы!
Не могу больше смотреть, как она страдает.
Я сажусь рядом:
– А ты знала, что твоё имя Карина на итальянском – значит красивая?
Не помогает!
Дурында отворачивается к стене и снова открывает страницу Никиты в социальной сети, разглядывает его заблюренное фото.
– Я про то, что ты красотка и, если будешь тупить, а не возьмешь своего Никиту за рога, или что там у него ещё выпирает, это сделает другая!
Хочу еë взбодрить и поэтому выхватываю телефон.