Питон вспомнил, как его знакомый - старый морской змей, обитавший в Черном море, жаловался, каких сил ему стоит сохранять в приличном состоянии его ценную коллекцию из самых интересных погибших кораблей, охраняя их от ржавчины и полного разрушения. И стоило ему об этом подумать, как вода на горизонте взбурлила, и оттуда к берегу помчалась необычной формы волна, которая, рассыпавшись на песке, явила миру веселую физиономию древнего, но бодрого морского змея, дружелюбно разевавшего в улыбке пасть и активно потряхивавшего бородой, похожей на синие водоросли.
- Питоша, малец, как я рад тебя видеть! - зарычал-забулькал он. - Как мило с твоей стороны навестить старика! - и, не не тратя времени на то, чтобы тянуть кита за хвост, предложил, - Хочешь посмотреть на мои новые приобретения?
Питон вежливо поздоровался и улыбнулся, выражая желание ознакомиться с новинками коллекции МорЗа (для чужих - Морского Змея). "Побалую старика, - решил он, - в его возрасте только и остается, что собирать всякие диковинки и демонстрировать их родным и знакомым. Эх, - старость не радость! А потом полечу куда-нибудь в Тихий океан, найду местечко почище, и искупаюсь от души. Потому что в здешней грязюке плавать решительно невозможно!"
МорЗ махнул хвостом, предлагая следовать за ним, и Питон взлетел, наблюдая, где нырнет его пожилой коллега. Вскоре тот вспенил воду на значительном расстоянии от берега, и Питон приблизился, предвкушая шоу. Оно не заставило себя ждать, - старик ударил хвостом по водной глади, та разверзлась на многие десятки метров вниз, обнажая лежащие на дне здесь и там деревянные и металлические остовы судов разной степени древности и сохранности. Среди них выделялась пара абсолютно новых гигантских посудин роскошного вида.
- Забавные, правда? - гордо продемонстрировал эти экспонаты МорЗ. И, как настоящий страстный коллекционер, сразу постарался привлечь внимание гостя к самым интересным деталям. - Заметь - это - частные яхты, но размер у них - как у каких-нибудь боевых эсминцев. У них интересная история. Вот эта принадлежит чиновнику, официально занимавшемуся модернизацией имперского флота, и потратившeмy большую часть выделенных на это государством денег на "модернизацию" флота собственного, то есть на покупку новых яхт, - одна другой больше. Когда его поймали на казнокрадстве, он решил переписать ценное имущество - чтобы не отобрали - на племянника, - а молодой шалопай возьми и утопи дорогущее судно по неосторожности. А второй яхтой владел олигарх, попавший под санкции; чтобы яхту не конфисковали, он быстренько вывел ее из европейского порта и перегнал в Черное море, - а тут шторм! Ну ничего, команда спаслась на шлюпках, все добрались до берега в целости и сохранности. - И МорЗ клыкасто улыбнулся.
Платон повосхищался новинками из коллекции, а про себя подумал, что утопление обеих роскошных яхт размером с боевой линкор вряд ли является случайностью. Теоретически, МорЗ имел право забирать себе все погибшие корабли, но не топить их; но с другой стороны, - все понимали, что старику простительны маленькие слабости типа внеочередного пополнения коллекции. Тем более что и имперский олигарх, и имперский чиновник-казнокрад не находились под покровительством высших сил по причине своей исключительной духовной испорченности. На них, как говорится, клейма некуда было ставить. Поэтому морские боги смотрели сквозь перепонки на чудачества пожилого коллекционера.
Осмотрев трофеи морского змея, Питон был готов вежливо раскланяться, но тут старичок его удивил.
- А упоминал ли я, что теперь пишу монографию о мистическом и символическом значении погибших кораблей? - спросил МорЗ.
Морда питона сымитировала мимику, которую в случае человека мы бы определили как "изумленное поднятие бровей". Эта гримаса означала: "А, оказывается, старик еще на что-то способен! Зря я списал его со счетов."