– Клянусь, – слабым голосом выговорила Марианна.
– Отлично. Вставайте. Вы хорошая и послушная девочка, а под моим руководством вскоре стали бы воплощением женской кротости.
Марианна встала. Она была бледна как смерть и могла бы сойти за прекрасную мраморную статую, если бы дрожь во всем теле не выдавала в ней создание из плоти и крови. Лорд Элрингтон вновь устремил на несчастную пристальный взгляд, упиваясь ее ужасом. Несколько минут он длил пытку, затем громко расхохотался. Марианна попятилась, глядя с сомнением – в своем ли тот уме.
– Да неужто я вас напугал, сударыня?! – воскликнул лорд Элрингтон, отсмеявшись и переведя дух. – Полно! Чепуха! Можно подумать, вы никогда не слышали резкого слова и не видели сурового взгляда! Наверняка маркиз иногда воспитывает вас подобным образом! Сознавайтесь: разве не бывает он порой невыносимо властным?
Кровь прихлынула к побелевшим щекам Марианны.
– Милорд, – начала она, – я не позволю упоминать моего мужа в таком тоне, даже вам с вашей сатанинской гордыней…
Она бы сказала больше, но слова замерли у нее на губах, а следом остыл и вызвавший их гнев.
– Сатанинская гордыня, – повторил аристократ. – Дерзко сказано. Вы забываете, сударыня, где вы сейчас. Нечего разыгрывать образцовую жену, совершая то, что в глазах вашего мужа будет тяжелейшим проступком. Сомневаюсь, что маркиз Доуро знает про ваш полуночный визит в Элрингтон-Хаус.
Марианна не ответила на эту язвительную реплику, лишь глубоко вздохнула. Наступило молчание. Лорд Элрингтон расхаживал по комнате. Прошло некоторое время, прежде чем Марианна осмелилась напомнить о том, что ее сюда привело. Наконец, собрав все мужество, она спросила:
– Можно ли мне теперь взглянуть на ларец?
Элрингтон молча подошел к секретеру и, достав из кармана ключ, отпер дверцу. Среди множества отделений, в беспорядке заполненных самыми разными предметами, выделялось одно: в нем вещи были разложены куда более аккуратно. Здесь хранились ларец из слоновой кости, украшенной серебром, длинная заплетенная прядь светло-русых волос, дамские часы и портрет очень красивой женщины в массивной золотой оправе, усыпанной драгоценными камнями. Элрингтон взял ларец и протянул Марианне.
Та быстро отступила к столу, на котором горела лампа, и, открыв ларец при помощи спрятанной пружины, вытащила наружу единственное содержимое – исписанный лист бумаги. Маркиза быстро пробежала глазами документ и, прежде чем Элрингтон успел ее остановить, сунула его в пламя. Бумага сгорела в мгновение ока, и Марианна воскликнула:
– Благодарение Богу, свидетельство уничтожено!
– Как вы посмели? – прогремел Элрингтон, подходя к ней и машинально хватаясь за пистолет, спрятанный у него за пазухой. – Будь вы мужчиной, я бы застрелил вас на месте!
– Стреляйте, – проговорила Марианна без тени страха, – и оборвите жизнь, которая мне больше не мила.
– Нет, – ответил он, убирая пистолет назад. – Я вас не убью, но сделаю то, что в вашем нынешнем состоянии будет немногим лучше смерти. Я запру вас здесь и буду держать, покуда не расскажете, что было в уничтоженном вами документе.
– Этого я не открою, и каждый ваш следующий поступок укрепляет мою решимость хранить молчание.
– С ума она, что ли, сошла, эта глупая девчонка? – мрачно хмурясь, проговорил Элрингтон. – Забыла, кто она и кто я?
– Нет, милорд, но чувства, которые я к вам испытываю, прорываются вопреки всем моим усилиям.
– Что ж, за свою несдержанность вы останетесь здесь по меньшей мере до рассвета. Если в следующие пять-шесть часов будете вести себя хорошо, я, возможно, вас отпущу, чтобы вы успели объяснить маркизу причину своего отсутствия.
Тщетны были все мольбы, возражения и даже слезы Марианны – Элрингтон оставался непреклонен. До конца ночи ей пришлось выслушивать оскорбительные намеки и ненавистные комплименты своего тюремщика.
Наконец, когда пламя свечи поблекло в проблесках зари из высокого узкого окна, послышался осторожный стук.
– Кто там? – прогремел лорд Элрингтон.
– Всего лишь я, – раздался из-за двери голос его жены. – Хочу спросить, Александр, намерены вы лечь сегодня до утра или нет?
– Как вы смеете задавать подобные вопросы?! Немедленно в постель, ответа не будет!