Я радостно улыбнулась, возможность пообщаться с кем – то из отряда привлекала меня не меньше дельфинов. Пока Василиса увлеченно вела рассказ, я успела по – доброму позавидовать её загару, всего шесть дней в Анапе, а кожа уже шоколадная, не то что у меня. На мою светлую кожу нужно было минимум две недели.
С дельфинов разговор плавно перешёл на жизнь, оказывается, Василиса обожает баскетбол. Но никогда не хотела заниматься спортом.
– Моя лень родилась вперёд меня! – заявила шатенка.
Власовой, видимо, стало скучно и она решила кого – нибудь довести. Первой попыткой была я.
– Что, Миронова, Ксюша тебя кинула. Пытаешься найти замену?
Наверное, она хотела обидеть меня, но попытка оказалась провальной. Ксюша общалась со мной, но по душе ей пришлась Катя. Я уже устала от вечного соперничества, поэтому решила не бороться с ней за подруг, это же даже звучит смешно.
– Пытаюсь найти друзей, Лен, тебе бы тоже не мешало!
Сначала язык чесался сказать что – то колкое и обидное, но это было совсем не моим. Мироненко всегда могла давать язвительные комментарии, не задумываясь, а мне идеи приходили перед сном, когда конфликт был исчерпан.
Поездкой я осталась довольна, теперь можно поставить новую галочку в списки желаний.
На сон часу Ксюша и Лена убежали в комнату к парням, и я осталась наедине с Мироненко. Катя заснула, сложившись клубком. Девушке этим днём нездоровилось, ходила бледная, с кругами под глазами и заплаканным лицом. Не знаю, что там у неё происходит, но я переживаю. И от этого чувство плохо. Мы с Катей всегда вели войну, а теперь. Когда она меня поддержала что – то в моей голове щёлкнуло. Я стала замечать насколько мы похожи, и даже близки.
Я ворочалась на кровати не в силах заснуть.
Кто же мог подумать, что мне понравится кто-то из Мироненко. То я их всех не могу терпеть, а теперь с обоими хочу сблизиться. Если сестра Никиты мне понравилась, после того, как я перестала смотреть на неё через призму соперничества, то к самому Никите, я чувствовала что – то непонятное.
Уверена, у Никиты много поклонниц, а может даже девушка есть. Не хватало мне ещё влюбиться не взаимно. Нет, так далеко это не зайдёт, просто симпатия, мы с ним даже нормально не общались, если я перестану о нем думать, это пройдёт. Наверное.
Весь сон час я так и провертелась в раздумьях. Как заговорить с Катей и хоть немного пообщаться, если она меня ненавидит? Как узнать есть ли у Никиты девушка? Как избавиться от чувства, что мне уже нравится этот лагерь?
Мы должны были уже быть внизу, а Мироненко всё дрыхла. Я боялась, но решила разбудить её. «Блин, можно мне хоть щепотку той уверенности, которую буквально излучала Катя?»
– Вставай, Кать, нас выходить пора!
– Отвали, Миронова! – я уже хотела отойти от кровати, а то вдарит ещё. Но она схватила меня за руку – Скажи им, что я заболела. Пожалуйстаааа! Не хочу я к психологу. Боюсь!
Это признание меня поразило! Екатерина Мироненко может чего – то бояться? Ещё и настолько, чтобы притворяться больной?!
– Хочешь, я с тобой пойду? – Я не знаю как, зачем и что я сказала, что на меня нашло. Но мы шокировано уставились друг на друга.
– Ладно, я лучше схожу, но точно без тебя!
Мы в неловком молчании вышли из комнаты. Я решила начать говорить первой, только в голову ничего не приходило, поэтому я выдала глупость, из – за которой точно испорчу настроение Кати.
– Как там Рома?
Но девушка даже не изменилась в лице. Прошла любовь, завяли помидоры?
– Как дурак! – отмахнулась она.
А сзади нас раздался возмущённый кашель. Мы испуганно переглянулись, а потом одновременно обернулись на звук.
– О, Роман, давно не виделись! – невозмутимо выпаливает Катя – Как ваши дела?
– Как у дурака, Екатерина! – ответил он, обгоняя нас.
Как только он пропал из поля зрения, мы не выдержали и рассмеялись.
– Быстро ты нашлась!
– Опыт, Анютка! Опыт!
Мы продолжали смеяться и на улицы, от такого зрелища глаза Никиты полезли на лоб. Катя, заметив взгляд брата, только фак показала. Интересно она везде этот палец тычет?
Перед дискотекой было полчаса свободного времени, поэтому я взялась за скетчбук. В нем уже было много разворотов, вначале смешные и неумелые, но дальше рисунки становились «грамотнее» и чётче. Я рисовала, не обращая ни на кого внимания, но когда оторвалась, заметила удивлённый взгляд Кати.
– Ты с третьего класса не перестала рисовать? Серьёзно?
Я кивнула, слегка смутившись. В третьем классе мы с Мироненко участвовали в конкурсе рисунков, она тогда победила, а я так разозлилась, что решила научиться рисовать идеально, чтобы у неё челюсть отвисла.