Она задумалась и уверенно сказала.
– Пошёл он в жопу! Да кому он кроме Насти нужен?
– Точно не тебе! – саркастично ответила я.
Как только мы зашли в комнату, Катя взорвалась:
– Ань, вот скажи, что я делаю не так? Я решилась на первый шаг, хотела поцеловать его, а он просто ушёл.
Я удивлённо уставилась на неё. Но Кате было плевать на лишние уши, она продолжила:
– Я и подумать не могла, что сейчас могу влюбиться! Это даже звучит противно.
– Да уж, противно, – заявила Власова.
– Ты вообще иди отсюда. – Катя махнула рукой, будто то, что услышала Власова – сущий пустяк.
То есть её откровения сейчас ничего не значат или от переполняющих эмоций она не думает о слухах, которые может разнести гнилой язык Власовой?
– Не хочу я влюбляться в этого индюка! – она упала лицом в подушку и, как маленький ребёнок, била кулаками по кровати.
– Ясно, всем пока! – Лена ушла в ванную.
Даже ей не хотелось наблюдать за драмой Мироненко. Я вообще ничего сказать не могу. Как её утешить? Я думала, у них всё взаимно, а он так с ней. Даже меня он уже вывел своим непостоянством.
В комнате помимо нас двоих осталась только Василиса, я раздумывала над тем, как вежливо ей намекнуть, что пора уходить. Но Катя не стала церемониться.
– Василёк, свали отсюда, а! – не отрывая лица от подушки, крикнула Мироненко.
Девочка незамедлительно ушла. Катя может и не выглядела как агрессивная стерва, но могла легко создать такое впечатление, поэтому никто не смел ей возражать.
– Кать, это детский сад какой – то! – без страха заявила я.
Хоть мы никогда не были подругами, это не помешало мне узнать её достаточной хорошо, чтобы понять, что под угрозами спрятана мольба и она не намерена сделать что – то плохое.
– Ты о чём именно? – оторвавшись от подушки, она нахмурила идеальные брови.
– О том, что ты головой не думаешь! Тебе 16, а Роме? Он взрослый мужчина, а ты подросток в разгаре переходного возраста.
Мироненко рассмеялась, и я сразу почувствовала себя глупо. Я пытаюсь её вразумить, а она потешается!
– Ты в точности мой брат! Бубнишь, как Генка из Барбоскиных.
– Я пытаюсь вразумить тебя! – озвучила я свои мысли.
– Ты сама чем думаешь? Ему максимум лет девятнадцать, похож на мальчишку.
Наступила моя очередь смеяться. Я видела в Роме мужчину, а подруга мальчика! У него даже черты лица заострённые, как у взрослого человека, а не как у подростка. Но нельзя сказать, что он выглядел старше девятнадцати.
– И мне 17 скоро исполнится! – насупившись, добавила Катя.
Я это и так помнила, всё - таки мы ровесницы.
Хитрая улыбка появляется на моем лице.
– У меня есть одна идейка, она может тебе не понравиться, но во всех фильмах это работает.
Мы собрались в самой большой комнате корпуса в кругу. Так уж вышло, что наши отряды сдружились и теперь мы, как одна большая компания проводим время вместе.
Сейчас играем в «правду или действие», очередь, наконец, доходит до меня, и следуя плану, я обращаюсь к Кате.
– Кать, правда или действие?
– Действие.
– Просиди двадцать минут в комнате с одним из игроков.
Девушка понимает мой план и довольно улыбается.
– Рома.
Среди ребят раздалось громкое «ууууу», а Настя казалось злой. Признаю, ревность не без почвенная. Но в моей картине мира любовь у Кати может быть только с Ромой, значит Настя там лишняя.
Хоть моя идея и была без рассудительной, она должна сработать, и плевать, кто что думает. Остаётся надеяться, что Катя подберёт правильные слова и слухи не распространятся на столько, что дойдут до главных лагеря.
Теперь я вынуждена выбрать действие, и Гриша требует:
– Седи рядом со мной всю игру!
Я закатываю глаза, но выполняю задание, а он придвигается ещё ближе. Перевожу взгляд на Никиту, тот не выглядит довольным.
Как только на нас перестают обращать внимания, Гриша кладёт свою руку мне на ногу. Я ее убираю, а он кладёт обратно.
– Ломал когда – нибудь руку? – шёпотом спрашиваю его.
– Не-а, а что?
– Сейчас будет твой первый раз.
– Понял.
Он слишком быстро сдаётся, а я так надеялась, что воспользуюсь приёмом, которому меня научил папа.
Катя с Ромой вернулись, когда игра подходила к концу, по их лицам ничего не было понятно, а сами они естественно ничего не расскажут. Вот и гадай теперь, что у них там произошло.
– Так и уволить могут, Ром. – Тихо сказала Настя.
– Ничего не было и не будет. – Заявляет он, следя за реакцией Кати.