- Но почему? – искренне удивился тот, явно не понимая, о чем это вообще Хершел тут двадцать минут распинался.
- Она еще слишком маленькая для тебя. Пойми, ты взрослый мужчина, а она еще юная девушка, которой и так приходится не сладко. Я не знаю тебя достаточно хорошо, но опасаюсь, что ты можешь попросту воспользоваться доверчивостью и наивностью Бет…
- Нет, погодите, я не собираюсь никем пользоваться! – округлил глаза Джеймс.- Вы думаете, что… Ох, нет же, конечно нет! Я и не думал ни о чем таком, и Бет, я уверен, тоже. К тому же, у нее ведь есть молодой человек. А у меня…
Джеймс говорил весьма убедительно, но главным аргументом в том, что он вовсе не собирается пытаться начинать какие-либо отношения с Бет, да и вообще с какой-нибудь другой женщиной тюрьмы, была история, рассказанная мужчиной. И его робкая просьба не распространятся никому на эту тему, по крайней мере, в ближайшее время. Хершел понимающе кивнул, весьма впечатленный теми событиями, о которых поведал ему Джеймс, и бережно возвращая ему маленькую черно-белую фотографию, которую мужчина дал ему, чтобы доказать, что не врет. Старик сочувственно похлопал Джеймса по плечу, пообещав оставить весь этот разговор в тайне, а заодно попытаться угомонить всех тех, кто плюется ядом за его спиной.
- В смысле? Что-то не так? – насторожился Джеймс, но Хершел уже выпроводил его из своей камеры и поплелся в столовую, чтобы поговорить с Бобом.
Боб уже заканчивал мыть посуду и выглядел еще более несчастным, чем утром. Он-то надеялся, что, отправившись в добровольное рабство на кухню, проведет какое-то время наедине с Сашей, но та, поставив в духовку творожную запеканку, попросту ушла, а потом ее заменила Мэгги, которая была сегодня чрезвычайно болтлива и целый час пересказывала мужчине какие-то статьи из женского журнала. Зачем только, непонятно.
Увидев на пороге кухни Хершела, Боб с радостью сбросил с себя фартук, надеясь, что старик сейчас поблагодарит его за оказанную помощь и предложит вместе начать составлять план, как избавиться от надоедливого новичка, но на деле все оказалось совсем не так.
- Ни у тебя, ни у кого-либо еще нет повода ревновать свою женщину к Джеймсу, - заявил старик, потирая свою бороду и как-то загадочно улыбаясь. – Поверьте мне на слово, этот человек вам не враг и не соперник.
Не дав Бобу и рта раскрыть, Хершел ушел, так и не объяснив ничего. И что тут можно было подумать?
========== X. Чего боится Дэрил Диксон ==========
Попытка Рика переодеться в Дэрила и изображать из себя охотника еще долго не выходила из головы самого Дэрила, который поначалу был в шоке от своего друга. Никогда бы Диксон не подумал, что кто-то решит примерить на себя его шкуру. Скорее, сам реднек вполне мог бы попытаться хотя бы на время стать кем-то другим, кем-то, кто мог бы понравиться Кэрол, к примеру. Сменить рваные джинсы на хорошо выглаженные брюки, жилетку – на рубашку, только без галстука, которым мужчина вполне мог бы придушить себя в попытке завязать что-то стоящее. И расчесаться еще можно, если, конечно, единственная расческа не сломается о такую лохматую гриву.
Представив себя в образе эдакого офисного человека, Дэрил не сдержал тихого смешка. Куда ему наряжаться, словно идиоту, только для того, чтобы загладить свою вину перед Кэрол. Да и, тем более, прошедшей ночью Рик неплохо так выгородил его перед женщиной, так что, скорее всего, Пелетье больше не злится, и Дэрил, соответственно, больше ей ничего не должен. Если бы все на самом деле было так просто.
Казалось, что Кэрол подменили. Диксон никогда еще не ловил на себе настолько долгих и томных взглядов и упорно делал вид, что не замечает невероятно большого и весьма соблазнительного выреза на кофте женщины, когда та наклонялась прямо перед реднеком, подавая ему на завтрак двойную порцию каши с кусочками мяса. И каждое ее прикосновение, которое вроде как было случайным, а вроде как и нет, словно обжигало кожу, отчего Дэрил, как ошпаренный, старался отодвинуться от еще и хихикающей Кэрол подальше. Быть может, она упала с кровати утром, хорошенько треснувшись головой, а может, так на нее подействовала ночная сцена.
Проматывая в голове ее странное поведение, Дэрил до обеда просидел в своей камере, пытаясь понять, что нашло на эту женщину. Ладно бы, она просто смотрела на него с легкой улыбкой, как делала это раньше. Но закусывать губу и еще при этом дергать бровями? Охотник нервно сглотнул, вспоминая, насколько все-таки это выглядело сексуально, и пронзившая его вдруг догадка была подобна раскату грома прямо посреди блока. Диксон подскочил на кровати, с ужасом осознавая, что Кэрол-то, оказывается, пыталась его соблазнять. Соблазнять! Его! Вот так просто!
С каких пор эта женщина перестала ограничиваться своими едкими шуточками и скромными пожеланиями доброго утра или спокойно ночи? Дэрила, в принципе, все устраивало. Нет, конечно, в своих мечтах, а порой даже и снах, Кэрол заходила куда дальше простых дразнилок, но чтобы воплотить все это в жизнь… Зуд в самом низу живота унять хотелось, но стоило только представить, что все это будет происходить на самом деле, как от страха пропадало всякое желание.
За советом Дэрил намеревался обратиться к Рику, но тот, похоже, тоже был не в себе. То ли перегрелся уже где с утра пораньше, то ли он всегда был таким: с биноклем бродил по площадке второго этажа, подглядывая за кем-то в окно и записывая все свои наблюдения в блокнотик с “Хэллоу Китти”. Где только эту детскую дрянь откопал?
Гленн в роли советчика тоже не подходил. Хотя его случай был очень даже схож – это ведь Мэгги стянула с парня всю одежду в их первый раз, а потом заявила, что отныне они пара и все такое. Бедному парню даже слова сказать не дали, хотя, судя по всему, он не очень-то и хотел что-то говорить. Еще бы, никогда спросом не пользовался, а тут стал единственным молодым парнем в группе со стариками и женатиками, и у бедной Мэг просто выбора другого не было. Кореец ли, китаец, азиат – все равно, лишь бы в постели не был такой хилый, каким на вид кажется. Походу, не был, раз она до сих пор с ним обитает и даже вполне искренне про любовь говорит.
А что, если Кэрол тоже сумеет пробраться в камеру Диксона, причем сразу со всеми своими вещами, а потом ее оттуда уже будет не выгнать? Дэрил не был уверен в том, что сможет справиться со всеми этими серьезными отношениями, нужно ли это вообще ему, хотя мысль о том, что Кэрол будет совсем рядом и можно будет не только глазеть, но еще и трогать ее без риска для жизни, была соблазнительна. И пугала.
Хершел на дамского угодника не тянул явно, как и Боб, который снова ходил какой-то весь поникший и мятый. Да и Зак мало был похож на отъявленного ловеласа, разбирающегося в женщинах, раз со счастливой улыбкой запускал воздушного змея на заднем дворе, пока Бет смиренно ждала его у крыльца. И кто же оставался? Кто-нибудь из Вудбери, чьих имен Дэрил не знал и узнавать не собирался? Тайриз, которого в последнее время вообще не видно? Может быть, Карл? А что, малой вон бегает под ручку сразу с двумя сестрами, Лиззи и Микой, и выглядит вся троица вполне себе счастливой.
Угрюмо уставившись себе под ноги, Дэрил с трудом признал, что, похоже, единственный человек, который сможет ему помочь – это Джеймс. Обращаться к врагу не хотелось до чертиков. Это ведь к нему с самого первого дня бегала Кэрол, с ним она делалась каким-то своими секретами, с ним обсуждала готовку и всякую лабуду, для нее он строил летнюю кухню, и по сей день они общаются так мило и беззаботно, словно знают друг друга всю жизнь. Дэрил точно так не сможет, и никогда не сумеет наверстать этот большой отрыв между ним и Джеймсом. Новичок без лишних проблем и довольно быстро выбился в лидеры, оставив реднека далеко позади.
И все-таки, переборов себя, уныло опустив голову, Дэрил направился в камеру Джеймса. Он еще не решил, как именно попросить у мужчины совета, и даже не знал, будет ли тот его вообще слушать и помогать. Они же и не общались нормально, в конце концов, да и это ведь Диксон чуть его не переехал. Остается только надеяться, что Джеймс уже забыл об этом. А если нет, то устроить ему амнезию не составит большого труда.