- Серьезно? – в один голос спросили Джеймс, Дэрил, Гленн и Боб. Потом все четверо принялись удивлено переглядываться, пока Рик не отвесил ощутимого и незаметного пинка стоящему рядом Гленну. Тот, поняв, наконец, о чем толковал шериф, яростно закивал головой, выдав пятиминутную речь о силе дружбы и важности взаимопонимания в такое сложное время, как зомби апокалипсис.
- Что ж… Ладно, схожу тогда за стаканами, - не без сомнения сказал Джеймс. Прихрамывая, он направился в кухню, а Рик, осознав, что сбегать сейчас будет совсем уж глупо, затолкал всех в тесную камеру.
- Но мне нельзя пить, Мэгги ждет… у нас там… - замялся Гленн, пытаясь пробраться обратно к выходу, но фигура шерифа твердо стояла у него на пути.
- Друзья, сегодня важная для нас ночь, - серьезным голосом заговорил Рик, отталкивая Гленна на колени усевшемуся на койку Дэрилу. – Как говорится, врага надо знать в лицо. А как узнать человека лучше, если не споить его до полубессознательного состояния? Правильно, никак. Помните, товарищи, нас четверо, а он – один. Кто-нибудь из нас точно сумеет сохранить ясность ума и твердость духа и завершит эту священную миссию!
Рик даже указательный палец верх поднял. Правда, пустить скупую мужскую слезу у него так и не получилось, но это было и не важно. Вернулся Джеймс со стаканами, и Боб, тяжело вздыхая, откупорил бутылку и налил всем выпить.
- Ну, что же, - откашлялся Рик, поднимая свой стакан. – Поприветствуем Джеймса! Нового члена нашей большой и крепкой семьи!
Чокнувшись стаканами, мужчины выпили их содержимое залпом. Гленн буркнул, что не помешало бы и закуску какую-нибудь соорудить, и Рик согласно кивнул, вспомнив о том, что на его огороде растет редиска. Решив, что этот овощ все же лучше, чем вообще ничего, Граймс жахнул еще стопочку перед тем, как тащиться в свою камеру за фонариком и лопатой, а потом почему-то все резко померкло, утаскивая мужчину в пучину тьмы и жуткой головной боли…
Прохладный ветерок ласково касался кожи, и Рик сначала подумал, что забыл закрыть окно в своей камере. Перевернувшись на другой бок, мужчина почувствовал, как что-то твердое больно упирается прямо в копчик. Попытавшись отпихнуть это «что-то» рукой, Рик ощутил острый укол в палец и тут же распахнул глаза. Ни стен, ни потолка, ни даже кровати. Мужчина был не в своей камере.
С удивлением подняв голову, он увидел вокруг себя задний двор тюрьмы и обнаружил, что лежит среди груды полуобгоревших и сломанных досок, одна из которых упирается ему в копчик. Из указательного пальца торчала приличных размеров заноза, а вся одежда почему-то была перепачкана в копоти. С трудом заставив себя сесть, Рик тут же схватился за голову, пытаясь понять, как он тут оказался, но в голове была непроглядная тьма и смутные очертания вчерашнего вечера. Камера Джеймса, бутылка спирта и Дэрил, пытающийся сказать какой-то тост. Кажется, уже изрядно подвыпивший охотник пытался восхвалить женщин тюрьмы, но получилось у него что-то совсем уж неприличное. А что было до этого? И после?
Каждое движение отдавалось тупой болью в области затылка. Рик слез с пепелища, спотыкаясь и понимая, что где-то умудрился потерять один ботинок. Но хуже было внезапное осознание того, откуда взялось это самое пепелище. Не здесь ли вчера был каркас летней кухни, выстроенной Джеймсом?
С ужасом взирая на то, что осталось от еще даже не успевшей набрать масштабы постройки, Рик, словно ошпаренный, отскочил на несколько шагов назад. Это что же получается? Они так напились, что сожгли всю постройку? И Джеймс с ними был? Или они и его сожгли?
Хватаясь за сердце, которое вдруг совершило резкий кувырок в грудной клетке, Граймс на ватных ногах подошел к пепелищу, сиплым голосом позвав новичка по имени. Нет, ну а вдруг он где-нибудь там, заваленный досками, лежит и не может пошевелиться? Опустившись на четвереньки, Рик попытался отодвинуть одну из обгоревших деревяшек, из-за чего в итоге рухнула вся куча, подняв в воздух облачко пыли и серые хлопья пепла. Несколько раз чихнув, Рик отшатнулся от кучи, отползая в сторону и поднимаясь на ноги. Из-за жуткого похмелья трудно было сосредоточиться, но одно мужчина знал точно – надо срочно заметать следы.
Оглядев груду досок, мужчина издал протяжный стон, понимая, что сейчас он точно не сумеет по-быстрому избавиться от этой кучи. Хотя… вроде бы, утро еще совсем раннее. Если только остальных разбудить, а там уже вместе с ним оттащить все доски к забору, то, может, никто ничего и не заметит. Разве что Джеймс немного удивится, увидев, что его строение за ночь куда-то подевалось. Если, конечно, сам Джеймс за ночь никуда не подевался.
Почему-то прихрамывая на правую ногу, Рик двинулся в блок, мысленно моля, чтобы все еще спали. Но, к его разочарованию, жители тюрьмы давно уже бодрствовали, заканчивая с завтраком и готовясь заниматься своими делами. Судя по сердитым и разочарованным взглядам, брошенным в его сторону, все уже были в курсе, что же натворил Граймс. А тот искренне не понимал, как такое вообще могло произойти, и понуро добрел до стола, где клевал носом Дэрил.
- Что вчера было? – спросил Рик, надеясь, что хотя бы охотник расскажет, как прошла вчерашняя пьянка. Но Диксон упрямо помотал головой, опуская глаза в стол и пытаясь скрыть их за своей челкой. А при виде подошедшей к столу Кэрол с тарелкой каши для Граймса, он и вовсе покраснел.
- Знатно вы вчера погуляли, - язвительным тоном сказала Кэрол. Поймав вопросительный взгляд Рика, она вздохнула, присев рядышком. – Уж не знаю, с чего у вас там все началось, но зато отчетливо помню, как проснулась я от того, что кто-то бесцеремонно стаскивает с меня одеяло.
Ничего не понимающая женщина первым делом потянулась к ножу, лежащему под подушкой, но кто-то нагло перехватил ее руки, а потом принялся неуклюже тыкаться колючей щекой в ее шею. Готовая начать вопить о попытке изнасилования, Кэрол уже открыла рот, но тут незваный визитер пьяным голосом и заплетающимся языком принялся говорить что-то о том, что она, Кэрол, только его, и что он для нее построит хоть десять летних кухонь. Хоть и с трудом, но по голосу женщина поняла, что в ее личное пространство вторгся не кто иной, как сам Дэрил Диксон.
Звать на помощь Кэрол передумала тут же. Скорее, чуть не разрыдалась в приступе умиления и от того, что дождалась, наконец-таки, первого и весьма серьезного шага от охотника. И только она собралась обнять Дэрила в ответ, сказать ему, что никакие кухни ей и даром не нужны, лишь бы только он рядом был, как тут тишину нарушил громоподобный храп. Диксона хватило от силы на пару минут, потом он благополучно уснул, удобно устроившись на груди Кэрол. Битых двадцать минут женщина потратила на то, чтобы столкнуть с себя тяжелое тело охотника, а когда тот с грохотом свалился на пол, обиженно отвернулась к стенке. Утром для нее было сюрпризом не только то, что Дэрила и след простыл, едва она только глаза открыла, но и то, что охотник вообще ничего не помнил о своем ночном визите.
- Но я, блин, реально не помню такого, - зашептал Дэрил, когда Кэрол, бросив на него испепеляющий взгляд, ушла. – А она теперь пилит и даже есть не дает. И что мне делать? Бабы, блин.
Рик пожал плечами, залпом выпивая стакан воды. Ему бы проблемы Дэрила, который упрямо не желал делать каких-либо шагов навстречу к Кэрол и продолжал ревновать ее к каждому столбу. Неудивительно, что та стала заглядываться на Джеймса. Тот наверняка понимает все без каких-либо намеков, говорит красивые слова, дарит подарки без повода и угадывает все желания. Идеальный, блин, мужик.
Поняв, что Дэрил вряд ли поможет ему что-либо вспомнить, Рик отправился искать Гленна, который точно должен был запомнить все события прошедшей ночи. Но азиат, как оказалось, покинул пьянку очень быстро. Не найдя на своем огороде редисок, Рик попросил Гленна поискать что-нибудь съедобное в огороде Хершела, и парень ушел туда. Откопав там кочан капусты за неимением ничего более подходящего, Ри вернулся в камеру Джеймса, но там уже никого не было. Прождав там полчаса, азиат решил, что про него все забыли, и ушел к Мэгги.