Остановившись около дома, я посмотрел в наши окна. Тусклый свет лампы виднелся за шторами. Белль ещё не спит…Боится засыпать одна. Детям мы так ничего и не рассказали, не хотели их пугать.
Стоило мне переступить порог дома как все мои переживания и тревога пропали. Наверное, я просто перенервничал…
- Опять ты поздно вернулся, – оборачиваюсь и вижу Белль.
- Прости, много дел накопилось. Как ты?
- Нормально, дети уже спят. Я же не могу уснуть…Опять наверное придется пить настойку.
- Она не навредит. Тебе необходимо поспать.
- Ты, наверное, голоден?
- Ложись, отдыхай, я сам справлюсь.
- Хорошо, не засиживайся допоздна.
Она поцеловала меня и пошла в комнату. Поняла, наверное, что я что-то недоговариваю. Но я не хочу впутывать ее в это тёмное дело. Она и так пострадала.
Завтра нужно будет переговорить с Хендерсоном, быть может, он найдёт всему этому логическое объяснение.
Глава 6.
Проснувшись рано утром, я чувствовала себя намного лучше. Накинув на себя сорочку, я вышла из ванной комнаты и пошла в спальню. То что, я там увидела, меня очень удивило.
- Ого…
- Ты должна блистать на предстоящем выступлении, – я обернулась и увидела Густава.
- Я понимаю…Но это уже слишком Густав…– я ещё раз осмотрела комнату.
Он постарался ничего тут не скажешь. Комната была просто завалена разными платьями, туфельками, пеньюарами, безделушками, шалями, кружевами…
В который раз восхищаюсь силой Густава, по щелчку пальцев он может материализовать даже такое.
- Так что же ты выберешь?
Осматриваю комнату, еще раз. Она сейчас больше напоминала дорогой бутик. Здесь были вечерние платья, таких, наверное, не было ни у кого в городе.
Украшение блестели в свете огней от свечек. Подвески, ожерелье, серьги и кольца.
- Ты достойна всех этих украшений…
- Ты ведь меня знаешь…
- Знаю, тебе это всё не нужно так ведь…- он протянул руку к корсету и потянул за цепочку…- У тебя уже есть сокровище…
Он достал небольшой кулон, который когда-то давно подарил мне папенька.
- В этом и заключается прелесть твоей души. Она не подвластна соблазну.
- Мне уже не важно, что будет с моей душой. Главное, чтобы они…
- Чтобы они поплатились…
- Да…все они.
- Для этого, я здесь, – он вернул на место мой кулон и отошёл в сторону. – Думаю, это подойдёт.
В руках он держал шёлковое платье, нежно голубого цвета. Оно было декорированное белым кружевом.
- Пора готовиться к выходу…
****
Я встряхнул головой. Кажется, усталость начала сказываться и на моём здоровье. Не спать в течение пятнадцати часов это вам не шутка.
Сейчас шагая по брусчатке, я невольно шарахаюсь от собственной тени. Ещё и Эбрехем опять нагнетает, если дела в опере не пойдут в гору нас точно закроют.
Я замедлил шаг, спешить на работу особо не хотелось…Кажется что в стенах театра, я старею быстрее…
Осматриваюсь по сторонам…Утро раннее, все спешат по своим делам. Вовремя оглядываюсь и отскакиваю от едущего прямо на меня кучера. Что-то они вообще совесть потеряли, ездят, как хотят. Из экипажа высунулась женщина и помахала мне рукой. Ох уж эти женщины.
Иду дальше, не забывая осматривать местность. Служащие, продавщицы торопились в направлении рынка, чтобы успеть пораньше, разложить свой товар. Пьянчуги толкались у дверей трактира.
Проходя мимо тёмного переулка, у меня почему-то появляется странное чувство тревоги.
От греха подальше, я перешёл на другую сторону Гувер-стрит и пошёл дальше по тротуару. Вся улица была заставлена конными повозками, кучеры потихоньку собираются и травят байки между собой. Краем уха слышу рассказы о доппельгангерах* и усмехаюсь. Никогда эти рассказы не перестанут ходить по улицам Лондона.
Выхожу на центральную площадь, отсюда хорошо виден оперный театр. Слышны колокола церкви Святого Павла.