Она открылась почти сразу же. На пороге стоял Густав. Все те же холодные и властные глаза.
- Добрый день Мистер Вильям Джерфи.
- Добрый день. Извини за беспокойство, – к нам вышла юная Эллая. – Просто, я решил вас лично поприветствовать.
- Здравствуйте…Репетиция уже началась?
- Нет, все только собираются.
- Тогда и нам стоит поторопиться.
Они вышли из гримерной и закрыли за собой дверь. Я пропустил их вперед и сам пошел следом. Ненароком я все детальнее стал осматривать ее.
Она была одета в красивое шёлковое платье, нежно голубого цвета с кружевом. Белокурые волосы волнами лежали на плечах и спине. Ощутив на себе взгляд ее спутника, я отвел взгляд.
Когда мы пришли в зал все уже был на месте. Начав репетицию, мы еще раз прогнали программу уже среди декораций. Тут наши умельцы постарались, все выглядело здорово.
С опозданием, но все же на репетицию пришла Мери. Абнер на удивление пришел вовремя и всеми силами пытался красоваться перед юной Клептон. Она в свою очередь не обращала внимание, на его выпады, тем самым заставляя его нервничать.
После окончания репетиции все разбрелись по своим делам. Я хотел было провести Мисс Клептон, но меня перехватил Хендерсон. В руках он держал телеграмму. Вид у него был взволнованный.
****
- Всю репетицию, я ощущала себя ужасно.
- Это из-за того человека?
- Да, его поведение ужасное.
- Хочешь, чтобы я разобрался с ним? – я посмотрела на Густава.
- Он понесет свое наказание, если окажется, что, он виновен!
- Да будет так. А сейчас тебе следует набраться сил. А я тем временем еще раз напомню им, за что они будут, мучатся.
Я не стала ничего говорить. Они виновны и перед расплатой должны покаяться в своих кровавых делах.
****
Когда мы поднялись в мой кабинет, он наконец-то отдал мне телеграмму. Она была от Эбрехема.
В ней были не самые лучшие новости. Любит же он испортить настроение.
- Это еще не конец света.
- Но, ведь если премьера прогорит, он сразу же избавиться от нас.
Тут он прав. Еще раз читаю телеграмму.
«На премьере, я буду присутствовать с нашими спонсорами. Если им не понравиться выступление, то я сразу же распускаю театр и продаю».
- Да уж…- кидаю лист бумаги в огонь. Не хочу хранить такое…
Лист вмиг вспыхивает и сгорает черным пламенем. От этого я и он замираем и кажется, забывает как дышать.
- Быть может это…чернила такие, – он осел в кресле и ослабил галстук.
- Давай так, и будем дальше думать…- он посмотрел на меня с грустью в глазах.
- Что дальше?
- Пойдем по домам. Завтра будет тяжелый день.
- Да ты прав. Нам всем нужен отдых.
- Надеюсь, утром нам станет лучше.
Но он лишь покачал головой и, не сказав более ни слова, поднялся с места и неуверенной походкой вышел из кабинета.
Когда за ним закрылась деверь, я еще раз посмотрел на пламя. Угольки трещали от огня. Я тоже начал собираться домой. Находиться тут стало некомфортно.
Я вышел из кабинета и закрыл дверь, спустился по ступенькам на первый этаж. Остановившись, я задумчиво посмотрел на грациозную лестницу театра.
На этот раз призраки театра не докучали мне. Они позволили мне без происшествий покинуть стены театра. Даже воздух на улице был теплым и приятным. Что это?! Неужели кошмар закончился…Или же это очередное затишье перед бурей.
Повернув голову на шум, я огорчился, увидев старого друга в еще больше нетрезвом состоянии. Он пытался забраться в экипаж. Хорошо, что кучер попался нормальный и помогал ему.
Надеюсь, бедолага доберется до дома без происшествий. Когда кучер помог тому забраться, я подошел к нему и всучив еще пару монет и попросил того удостовериться, чтобы он добрался целым. Тот заверил, меня, что так и сделает.
Проводив его экипаж взглядом, я направился в сторону своего дома.