— Никого не выпускать. И не впускать. Только Франческу.
— Поняли.
Почему-то снова ставлю охрану. Чтобы не сбежала, ну и так… чтобы никакой призрак к Белле ненароком не вошел. Их и так тут полно, а она единственная, кто знает место пребывания Луки в точности.
Телефон. Я в кабинете уже. Лео, он привык все контролировать, и меня тоже.
— Да.
— Ты там жив?
— Твоими молитвами. Спасибо за бурбон, чуть не сдох.
— Да ты просто пить не умеешь. Почему ты не явился в офис сегодня? Там Вито рвет и мечет. Без тебя сложно, он в гневе неуправляем, я сам его уже боюсь.
— Вообще-то, Лео, у меня и так проблем навалом.
— Знаю я твою одну единственную проблему. Смотри только не влюбись. У тебя тогда крыша едет.
— Отвали. У меня все под контролем. С Вито разбирайтесь сами, не маленькие.
— Ладно, но все же осторожнее. Вито сказал, что ты тогда после Элизы едва выжил, а у нас новая сделка на носу.
— У Вито слишком долгий язык, и я не пацан уже, чтобы терять мозги от какой-то юбки, а тем более, ее неудачной копии.
Сбиваю вызов, до хруста сжимаю телефон в руке. Вито. Все то он помнит, пусть на себя посмотрит, хотя… после брака с Софией он уже никуда не смотрит, кроме как на нее.
Я все контролирую и оставляю Беллу живой только до того момента, пока она не выдаст точный адрес. Дальше она мне будет не нужна.
Глава 9
Не знаю, сколько времени проходит. Я просыпаюсь уже когда темно. И нет, я все еще жива, как ни странно. Темница сменилась на спальню. Я лежу в большой и теплой кровати, укрыта двумя отделами. Рядом Франческа, сторожит меня, точно ангел хранитель.
— Где я, что случилось?
— Ты потеряла сознание. Анжело разрешил тебя сюда принести.
— Что? Почему…
— Не надо волноваться.
Поднимаюсь, голова кружится, но я хотя бы жива.
— Как ты, девочка, тебе лучше?
— Анжело, где он, он здесь⁈
— Не кипишуй, нет его тут. Уехал.
— Франческа, они тут людей убивают! Сбрасывают с горы! Я видела, видела это, они загнали того несчастного мужчину!
Хватаю ее за руку, а эту служанка даже плечом не ведет, так и продолжает себе спокойно вязать кофту.
— Без причины никого они не казнят. Значит, было за что.
— Нет, вы не понимаете, так нельзя!
Вскакиваю с кровати, меня пошатывает, опираюсь о стену.
— Спокойно. Вот, возьми чай. И поешь. Все свежее.
— Я не хочу есть!
— Поешь, чтобы противостоять Анжело много сил нужно. Он не тот, кто будет церемониться. Ну же, давай. Я старалась.
Франческа пододвигает ко мне поднос, и удостоверившись, что Анжело тут нет, я все же принимаюсь за еду. Голодная, какая же я голодная. Уплетаю все блюда, принесенные этой доброй женщиной, и выпиваю весь чай. Только тогда мне становится лучше.
— Умница. А теперь давай в кровать. Отдохни немного. Я приготовила тебе новую одежду и обувь. Больше мерзнуть не будешь здесь.
— Спасибо… Он придет сюда! Когда Анжело приедет?
— Сегодня точно нет. Завтра только. Отдохни, Изабель, тебе потребуются силы.
Ложусь на подушку, но от перевозбуждения не могу сомкнуть глаз.
— Франческа!
Служанка оборачивается уже у двери.
— Те розы за замком. Их так много. Что это за клумба?
— Это не клумба, это памятник.
— Памятник? Кому?
— Первой жены Пабло. Ее звали Анна. Красивая была женщина.
— Она погибла?
— Да, упала с обрыва.
— О боже… как? Почему?
— Не знаю. Никто не знает, вроде, ей стало плохо. С той поры все неугодные Пабло летают со скалы.
— Сколько их было?
Франческа опускает глаза.
— Я не считала. Он так начал свою империю. Жена Пабло любила белые розы. С тех пор у нас круглый год белые розы. Они высажены на ее прахе. Только не говори, что я тебе это рассказала, но это тоже полечу. Как птица…
В этот момент я понимаю, что этот замок хранит не меньше тайн, чем количество жильцов, которые тут обитают. Все непросто, как могла здоровая и молодая женщина просто упасть с горы.
— Я никому не скажу. А жена Анжело? Где она? Он ведь женат?
Не знаю, почему именно это мне важно знать, не знаю. Просто. Он не носит обручального кольца, хотя ему уже где-то сорок.
— Нет, девочка, Анжело не женат. Он собирался когда-то жениться, давно, но не вышло.
— Почему?
— Девушка его предала, обманула. Была бы моя воля, я бы сама эту Элизу сбросила с горы! Прости. Прости, девочка, вырвалось. Она все же твоя мать.
— Я ее не помню совсем. У меня с ней нет ни одной фотографии.